2
0
— Пахлава приготовлена на славу. По старому рецепту мамы Айши. Она ее с детства так готовит, и здесь акцент на определенный сорт орехов, которые обжарены иначе. Это моя любимая пахлава, есть еще и традиционная, но так как ты сказала, что приказала приготовить все то, что по моему вкусу, моя няня сделала именно тот вариант выпечки, который мне нравится с самого детства.
Мои слова явно бьют по Фатиме, она выпрямляется в кресле и обращает на меня ненавидящий взгляд, а я игнорирую ее, встаю, откладываю тарелку и подхожу к Айше, обнимаю ее и благодарю от всей души за то, что не забыла, что именно я любила…
Когда-то давно этот дом был моим, но сейчас… сейчас он стал абсолютно чужим, только люди, к которым была с детства привязана, остались.
— Спасибо, Айша, твоя пахлава — это шедевр…
Моя пухлая нянечка улыбается и смотрит на меня своими бархатистыми темными глазами, в которых когда-то смешинки плескались:"
"— Спасибо, я помню, что моя госпожа любила именно «красную пахлаву», что готовят в селе, откуда я родом…
Разворачиваюсь и возвращаюсь к дивану под едкий взгляд Фатимы.
Не нравится, что она ничего не знает о традициях этого дома?!
Явно хочет и мне сделать выговор, но не получается. Отец возвращается и бросает на нас с Каролиной тяжелый взгляд.
— Пора спать, завтра с утра у невесты много дел.
— Да-да… — влезает со своими пятью копейками Фатима, — нам всем нужно отдохнуть и выспаться, особенно невесте, чтобы ничто не омрачило красоту нашей Каролины…
Отец переводит взгляд на меня.
— Дочка, Фатима приказала подготовить для тебя отдельную спальню…
Не успеваю ответить, как в беседу вклинивается Каролина, обращается к отцу с почтением и добавляет в голос сладкого шербета, как всегда делала, когда хотела, чтобы исполнили ее желание.
— Папочка, а можно Мелина поспит в нашей общей комнате?! В конце концов, ее кровать так и стоит, это наша спальня… там ее вещи все еще остались в ее шкафу… а я ведь скоро уйду в дом шейха… больше не будет у нас с сестрой таких ночей… как в детстве… я ведь совсем скоро войду в дом шейха и стану его женой…
Говорит все это, а я замечаю, как от напряжения у нее жилка пульсировать начинает на виске…
Отец одаривает нас с сестрой внимательным взглядом, медлит секунду, но Каролина так на него смотрит, что его сердце все же поддается и он улыбается благодушно:
— Хорошо, мои дочери, бриллианты моего дома, будь по-вашему, только не болтайте до утра! Каролине рано вставать!
— Спасибо, отец! — отвечает Каролина, подходит и чмокает его в щеки, обнимает маму, которая крепко прижимает ее к груди.
Я следую примеру сестры, слегка приподнимаюсь на цыпочки и чмокаю папу, в ответ он кивает.
Все же Самир ибн Алмас — черствый человек. Ничего не изменилось.
