2
0Ты так и не родила моему отцу обещанного наследника, которым его привязала к себе, и сейчас ты позволяешь себе так вести себя с людьми, которые всю жизнь верой и правдой служили моей семье. На это, Фатима, у тебя прав нет. Я — дочь Мустафы аль Алмаса.
— А я его жена, Мелина. Не зарывайся."
"— Ты всего лишь его сожительница! Фатима! Не мне напоминать тебе про наши законы. Так что сбавь обороты и не смей оскорблять людей, которые по возрасту вдвое старше тебя. Ты здесь — никто!
— Как запела… а с виду, такой одуванчик, — улыбается Фатима едко и губы свои змеиные раздвигает так широко, что мне кажется сейчас у нее маска на лице треснет.
— Я не терплю неуважительного отношения, Фатима. Ни к себе, ни к людям, которые этого не заслуживают…
— Ну — ну…
Отвечает многозначительно и окидывает меня едким взглядом и что-то в глазах Фатимы проскальзывает такое, опасное и мне кажется, что жена отца сейчас что-то мне скажет такое жгучее и обидное, но… мгновение проходит и Фатима вновь улыбается.
— Надень абайю, дочь моего мужа, и спускайся, помогать. Каролина — жена шейха, а ты всего лишь…
Прикусывает язык. Явно хочет сказать, что-то но в последний момент этого не делает.
— Спускайся, Мелина. Сегодня у нас много дел…
Выходит из моей комнаты, а я… я вслед Фатимы смотрю и что-то у меня в груди переворачивается, возможно играет мое воображение, которое добавляет за место мачехи то самое слово, которое он не сказала…
Каролина — жена шейха, а ты всего лишь… подстилка?…
— Ты забеременела и скрыла, — босс нависает надо мной, заставляет замереть и прижать руки к округлому животу сильнее.
— Нет, дочка только моя. Бахтияров, вы… ты к ней не имеешь никакого отношения, — отвечаю робко и пытаюсь отойти от разъяренного мужчины, но Тагир не дает мне и шанса, ловит за руку:
Глава 19
Отгоняю эти мысли. Нет. Бред. Я вижу то, чего нет.
Да, Фатима гадюка, которую отец на груди пригрел, но… не может быть такого, чтобы она все знала, просто не может!
Отбрасываю жалящие осой мысли в сторону, забираю наряд, который должна надеть. В принципе в этом ничего такого нет. В дом придут незнакомые мужчины и я должна предстать перед ними в традиционном наряде.
Все понятно. А с другой стороны… это и хорошо.
Если Аяз сам приедет за своей женой, то я спрячусь за эту ткань и глаза опущу в пол, а лучше зажмурюсь, не буду на него смотреть, не буду ничего слышать, потому что все это принесет мне лишь боль, которой становится все больше и единственное, что я могу сделать, чтобы спасти то, что осталось от меня — это исчезнуть, улететь на другой край земли и постараться забыть…
Стук в дверь прерывает мои терзания. Я покрываю волосы, правда не скрываю лицо. Еще рано заковывать себя в непроницаемые доспехи, открываю дверь.
