Наследие предков

 — Напали, значит, на вас…

— У нас уже потери есть! Лейтенант Скворцов, который со мной сюда ехал! На засаду напоролся…

— Да ты говорил. Ага, — тот снова покачал головой, изображая наигранное участие. — А все началось с того, что Стечкин кого-то на пляже застрелил. Да?

— Так он первый огонь открыл…

— Да это понятно… И вы, значит, просите десяток стрелков?

— Хотелось бы и больше, но один бэтээр вернулся на базу. А еще тяжелую технику. У вас же есть оставшиеся от седьмого полка два танка Т-72 и БМП.

— Вот как? Хм. А топливо? У них на один марш горючки. Дефицит, знаешь ли.

Вот я про кабель и спрашиваю. Сколько можно топливо керосинками жечь? А мои разведчики только короткие куски все находят. Толку от этих скруток…

— Да возместим мы вам топливо! С лихвой! У нас в пределах досягаемости топливные хранилища инженерного батальона и балтийской базы. Переяславка недалеко опять-таки, с ее хранилищами. Все возместим. И кабель найдем, хоть на тысячу метров на шкиперских складах. Только помогите!

— Ну, сам понимаешь, такие вопросы с кондачка не решаются. Все-таки боевые действия. Кому помирать охота, когда такое пережили?

— Так ведь общая угроза…

— Ой ли? — усмехнулся Самохин.

 — Мы ведь никого на пляже не убивали.

— Что вы этим хотите сказать? — насторожился Михеев.

— Да ничего. Я говорю, надо совет общины собрать. Я же не могу единолично принимать решения. Это только в красноторовской колонии за всех думает Стечкин, а тут — хренова демократия, знаешь ли.

— Я что-то не понял…

— Да ты просто устал с дороги и от перенапряжения, — улыбнулся Самохин, вставая. — Ты пойди, мой адъютант тебя и водилу твоего на отдых определит.

А мы тут решим. Не бойся, затягивать с ответом не будем.

Майор выдвинул ящик стола, извлек оттуда колокольчик и потряс им несколько раз. Дверь приоткрылась, и в проеме показалось рыжее, почти без бровей, лицо Борщова."

"— Проводи товарища и его мехвода на отдых. Покорми. Умыться им воды дай.

— Понял, товарищ майор, — кивнул Борщов.

* * *Загорский все-таки дошел до этого места. Причем — один. Сжимая всю волю в кулак и отгоняя чертов страх перед темнотой и подземельем, который поселился в его душе в тот последний поход с друзьями.

Посветил кругом фонариком. Да. Тот же бетонный прямой коридор шириной около трех метров и высотой всего два, либо чуть больше. Крепления для кабеля в левом углу. Справа — широкий проем и площадка парапета. Винтовая лестница из ниоткуда в никуда. Вода в колодце. Вот и окурок самокрутки с желтым мхом, что курили Чел и Марля.

Александр извлек из рюкзака и поставил на пол лампу-коптилку, сделанную из 23-миллиметровой гильзы и подаренную когда-то Тиграном. Поджег промасленный фитиль, зажатый в ней.