А вот ближе к старости Хедо начал предлагать кардинальные меры по поводу следилок… А именно: в течении короткого промежутка времени устроить несчастные случаи всем самым высокопоставленным из них — аристократам и чиновникам, а после вместе с группами сильных магов внимательно следить за границей с пторианцами… Якобы таким кровавым ходом можно было бы по реакции ящеров выяснить, сколько ещё примерно у них осталось подобных следящих устройств, а также другого рабочего высокотехнологичного оборудования. Император был категорически против этой затеи и попросил Хедо уйти на заслуженный отдых… Так старик и оказался на месте библиотекаря, в библиотеке графства Дрох…
— И, как я понимаю, вы уже успели уничтожить несколько соглядатаев ящеров? — глядя на меня укоризненным взглядом, поинтересовался император.
— Ну да, было такое, — согласно кивнул я. — Но почему ты, твоё величество, был против этого плана?.. Ведь, как мне кажется, не все из этих следилок не знают про устройство пторианцев в своей голове… Кто-то из них однозначно осознанно помогает ящерам в обмен за какие-нибудь блага… Почему бы не избавиться хотя бы от этих предателей рода человеческого?.
— Не всё так просто, — покачал головой император. — Ведь несмотря на то, что пторианцы уже давно о чём-то догадываются, они не должны получить подтверждение, что мы выявили всех их соглядатаев… Потому что тогда они как минимум убьют этих следилок и сделают новых… А как максимум, — он тяжело вздохнул. — А об этом даже не хочется думать… Неужели ты не знае… — запнулся император на полуслове.
— Да-да, — обрадованно закивал я, не сдержав эмоций. — Именно это я и хочу узнать… Какое оно, реальное положение дел?.
— Кто-кто, — недовольно буркнул император. — Люди там живут… Такие же, как я и ты… Хотя нет, не такие, как ты, — хохотнул он.
Я сделал вид, что не заметил подколки, потому как эта информация для меня была очень важной и я не хотел сбивать с мысли этого доморощенного юмориста…
— Более того, у нас с ними даже общие далёкие предки, — грустно вздохнув, добавил император.
— Не понял, а почему тогда их империя называется Неизвестной? — нахмурился я.









