1
0
— Шар бракованный! — я топаю к Евгению мимо стола и Вадима Алексеевича. — Точно вам говорю.
Но тот не врет, и шар его осчастливил тем же ответом, что и меня, поэтому я утверждаюсь во мнении, что нас дурачит заводской брак, но эту теорию вновь рушит Вадим Алексеевич. Он на моих глазах трясет шаром, что каждый раз показывает ему отличные друг от друга ответы.
Никаких сомнений
Спроси позже
Определённо нет
Мой ответ — «нет»
Очень сомнительно
Можешь быть уверен в этом
— Мне надо работать, — мне немного не по себе от того, что я получила от мистического шара пять одинаковых ответов. — Это просто детская игрушка. Безделушка. И мне не обязательно следовать…
— Обязательно, — летит сердитый голос Евгения мне в спину, когда я хватаюсь за ручку двери, — нельзя злить духов. Они дали тебе ответ, и не смей их ослушаться.
— Жень, — со смешинкой в голосе отзывается Вадим Алексеевич, — это и правда игрушка. Не пугай Алю, она и так сегодня какая-то дерганая и бледная.
Улавливаю в его интонациях снисходительную жалость ко мне, и я спешно покидаю приемную, бесшумно прикрыв дверь. Стал бы Вадим Алексеевич сопереживать другой мне на грани унизительного презрения? Я вообще сомневаюсь, что другая я согласилась бы варить кофе по утрам, разбирать бумажки и задерживаться на работе, потому что босс потребовал сменить жалюзи.
Я приняла решение уволиться, но хочу это провернуть без несправедливых записей и выговоров в трудовой книжке и личном деле.
Да к черту!
Сколько можно себя терзать?
Все!
Я ухожу! Я не боюсь угроз Евгения и его шантажа. Не на ту напал! Адьос!
Глава 24
Я очень взбудоражена решением гордо вильнуть хвостом и уйти, не попрощавшись с Большим Боссом. Пусть Евгений сам бронирует себе отель, потом там сидит в одиночестве или вызывает других профурсеток. На мысли о профурсетках я спотыкаюсь, но удерживаю равновесие, а затем зло топаю носочком. Вот же кобель ненасытный! Обязательно ведь кого-нибудь позовет на свиданку!
Нажимаю кнопку вызова лифта, а затем еще несколько раз нервно в нее тыкаю, будто от моей спешки время ускорится. Оглядываюсь, но никто за мной не гонится и не кричит, чтобы я немедленно вернулась к своим обязанностям. Подмышки вспотели, пальцы на руках и ногах покалывает паникой, а сердце истерично стучит и подступает к горлу.
Двери лифта закрываются, и я вскидываю подбородок. Я не боюсь статей, выговоров и отрицательных рекомендаций. Да и не такую уж я серьезную должность занимала, чтобы я сейчас страшилась начать карьеру с нуля. В конце концов, кассиры, продавцы и официанты всегда нужны даже во время кризиса. Сложности меня не пугают, а, наоборот, вселяют желание яростно бороться за место под солнцем и отстаивать себя.
