Нарцисс в цепях

Первый раз я видела Кристину в «Кафе лунатиков», когда оно принадлежало Райне и Маркусу, и Маркус, тогдашний Ульфрик, пытался править всеми оборотнями в городе и стать всеобщим вожаком, согласны остальные или нет. Волосы Кристины оставались теми же светлыми, короткими, профессиональными. Она была одета в темно-синий деловой костюм. Синяя рубашка была расстегнута у ворота, будто она сняла галстук, хотя я не думаю, что бы это так было. Она уселась на другом конце дивана, где был Донован, оставив на ногах синие туфли. Все остальные были одеты кто во что, и около входной двери лежала гора обуви.

— Привет, Кристина, сто лет не виделись, — сказала я.

Она посмотрела на меня — не очень дружелюбно.

— Я поражена, что ты запомнила, как меня зовут.

— Я обычно запоминаю тех, кого встречала в напряженных ситуациях.

Ответом на эти слова была едва заметная улыбка.

— Да, мы, кажется, познакомились в не слишком приятных обстоятельствах.

Донован взял дело в свои руки и представил меня мужчине и женщине, которые сидели между ним и Кристиной. Оба темнокожие. Телосложение у них было самое обыкновенное — среднеамериканское, но глаза были слишком большие, слишком темные, волосы по-настоящему черные.

Мужчина, сидящий в моем белом кресле, был грузным — не мускулистым и не жирным, а просто большим. Такой пышной бороды я в жизни не видела — густые волосы покрывали почти все его лицо и шею. Его представили как Буна, и когда он обратил на меня свои темные глазки, я поняла, что он — из тех, кто съел бы меня, будь такая возможность.

Голос у него был рокочущий бас, такой низкий, что почти болью отдавался в ушах.

— Здравствуйте, миз Блейк.

— Здравствуйте, мистер Бун.

Он покачал головой, и борода потерлась о белую рубашку взад-вперед.

— Просто Бун, без мистера.

— Здравствуйте, Бун, — сказала я.

Натэниел, Зейн и Черри вносили стулья, чтобы оставшиеся четверо могли сесть — двое мужчин, две женщины. Один был худощав, с золотисто-рыжими волосами и странно раскосыми зелеными глазами. Он сел на пол и подобрался поближе к краю кушетки, будто прятался.

— Это Джилберт, — сказал Донован.

— Просто Джил, — сказал он так тихо, что трудно было расслышать.

Женщина была высокой, почти шесть футов, широкая в плечах, крепкая на вид. Волосы каштановые, с проседью, убраны с лица в свободный пучок. Лицо без косметики. Она протянула мне руку и пожала так, как редко умеют женщины. Карие глаза были полны тревоги, когда она сказала:

— Я Дженет Тэлбот. Очень любезно с вашей стороны принять нас вот так, без предупреждения.