Над законом

– Какое еще дело? – вяло отмахнулся Мещеряков.

– Просто в гастрономе коньяк попался хороший, – подтвердил Сорокин.

– А каким это ветром вас вдвоем в гастроном занесло? – спросил Илларион.

– А мы прямо там встретились, – сказал Мещеряков.

– Случайно, – добавил Сорокин.

– А если серьезно? – спросил Илларион.

– А если серьезно...

Сорокин вздохнул и сел ровнее, готовясь говорить, но тут зазвенел телефон.

– Секунду, – сказал Илларион и поднял трубку. – Слушаю. Говорите, Забродов слушает. Алло!

Слушай, родной, – сказал он, не дождавшись ответа, – имей в виду: у меня в квартире брать нечего! Больше сюда не звони.

Он раздраженно бросил трубку на рычаги.

– Второй день уже, – сказал он.

– Что? – спросил Сорокин и почему-то переглянулся с Мещеряковым.

– Какая-то сволочь квартиру прозванивает. Поймаю – убью.

– Ты каждый раз ему представляешься?

– Да нет. Сегодня, пожалуй, впервые. А что?

– Точно впервые? Ну, тогда звонить больше не будут.

– Рассказывай, Сорокин, – потребовал Илларион, – что опять твои подопечные учудили?

Сорокин тяжело вздохнул и беспомощно оглянулся на Мещерякова.

– Ну, вот как с ним разговаривать? – пожаловался он. – Ничего от него не утаишь.

– Давай, давай, – ободрил его Мещеряков. – Сам заварил, сам и расхлебывай.

Сорокин снова вздохнул. Илларион молча смотрел на него, рассеянно вертя в пальцах рюмку. Мещеряков почему-то принялся вдруг разглядывать потолок.

– Потолок у тебя красивый, – сказал он ни с того ни с сего. – Сам делал?

Илларион промолчал, по-прежнему глядя на Сорокина.

– Короче говоря, – сказал Сорокин, – позавчера в своем кабинете ударом ножа в спину убит старший лейтенант Стеблов.

– Какой еще Стеблов? – не понял Илларион.

– Ну, тот усатый участковый...

– Архипыч? – Илларион сильно подался вперед. – Как это случилось?

– У него забрали пистолет. По виду – типичное нападение с целью захвата оружия. Следов борьбы никаких. Видели двоих – здоровенного блондина и майора милиции. Видимо, майор отвлекал, а блондин подоспел сзади с ножом. Приехали они на 'форде' с московскими номерами. 'Форд' числится в угоне.

– Что-то чересчур сложно, – сказал Илларион. – Слишком много телодвижений из-за одного пистолета.

– Вот именно, – согласился Сорокин. – Сдается мне, что охотились они за информацией, а пистолет – для отвода глаз.

– Какую же информацию мог им дать сельский участковый?

– А ты как думаешь? Дай волю фантазии.

– Ты хочешь сказать, что они искали меня?

– Я хочу сказать, что они тебя уже нашли.

– Так... Слушай, я все как-то забываю тебя спросить: а что у тебя с тем делом?

– А ничего. Сидит, понимаешь, сволочь, по шею в ворованных баксах и смеется прямо в лицо, а мне его зацепить не за что.