Над Канадой небо синее…

Чтобы освободить его, крейсер «Я-702» бомбардировал город Тяньцзинь, а это недалеко от Пекина, а затем высадил там десант, поддержанный бронекатерами. В город вел Великий канал, который проходит и через Пекин.

С началом наземных операций находиться на корабле стало просто невыносимо! «Не положено!» звучало из уст всех. Особенно дядька Сашка старался. Чуть что, малейшая моя инициатива или попытка сойти на берег пресекалась на корню. «Я матушке-государыне клятву давал доставить вас живым и здоровым. Она и батюшка ваш меня особо предупредили, что на китайский берег ни ногой». Все происходило без моего практического участия. Я сидел на КП крейсера и издавал приказы – превратился в военного бюрократа, а душа рвалась к делу. Там такие чудеса творила наша морская пехота и гвардейские экипажи! Шестнадцать человек удерживали взятый в ночной атаке форт Ксинганг на острове Найджу почти сутки, в ожидании подхода наших войск, задержавшихся из-за сильнейшего тумана, и отрядов Ли Динго. Он, кстати, появился на крейсере сразу после высадки, поклялся в вечной преданности и тут же попросил новые винтовки. И жутко обиделся, получив вместо них старые шведские мушкеты, которые были погружены в Выборге, а до этого времени лежали на складах много лет. Отец не хотел, и я его понимаю, передавать современное вооружение никому. Вообще, абсолютно все стремились хоть одним глазком взглянуть на внутреннее устройство наших кораблей и оружия. Постоянно пытались украсть патроны у гвардейцев, за что и получали от них оплеухи и розги.

Китайцы, у которых взятка была естественным инструментом отношений, не понимали, почему морпехи и гвардейцы отказываются взять мзду и продать им задорого личное оружие. Морская пехота на берег сошла тоже со старым оружием: казнозарядными гладкостволками с пистонным запалом. Современные «СКС» следовали за ними в трюмах десантных кораблей под охраной гвардейцев на всякий случай. Китайцам передали еще более старые дульнозарядные кремневые ружья. Гвардия действовала в полном вооружении, но их было совсем немного на каждом из трех направлений ударов.

Спустя две недели с момента начала наземной операции я получил выволочку от генерал-адмирала за то, что одна из «Татьян» коснулась дна и получила повреждения корпуса. Моряки завели аварийный пластырь и откачались, и были готовы следовать на ремонт в Александровск. Оттуда передали, чтобы я прибыл туда для участия в разборе происшествия. Следовать приказали непосредственно на поврежденном корабле.

Мы подошли к несчастной «Татьяне», которая шла малым ходом из-за наложенного пластыря, и мы с дядькой пересели на ее борт.