Оксана Башикташ и в самом деле чертовски сексапильна, я уверен, репортерам еще долго не надоест любоваться ее ножками и домогаться телефончика. Скажу вам откровенно, будь я помоложе, тоже, глядишь, домогался бы. Но этой тактики не хватит надолго, пока что нас цепляют исключительно маргинальные газетки, то есть народофронтовская туалетная бумага. Однако те западноевропейские газеты, что легонько по нам проехались, к желтым уже не отнесешь. Значит, в игре приличные деньги. Если здесь, в стране, наши таинственные противники не станут ограничиваться маргиналами, а впрыснут хорошие бабки в читаемые, коммерческие, популярные газеты — легко предвидеть, чем кончится.
— Резонно, — задумчиво сказал Багловский.
— Еще как, — кивнул Данил. — Мало того… Где-то идет утечка информации, Виктор. В первый день я был с вами излишне резок, извините… Поторопился, понервничал. Все сложнее, где эта чертова утечка, определить пока невозможно.
— Значит, насколько я понимаю, его поездку отменить нельзя? — спросил Паша.
— Правильно понимаешь, — сказал Данил. — Он непременно должен приехать завтра. И хотя бы на сутки выпасть из поля зрения нашего противника. — Он нехорошо оскалился.
— Не совсем, — признался Багловский.
— Стратеги… — беззлобно ухмыльнулся Данил. — Если отменить поездку нельзя и на вокзале непременно будут торчать шпики… Ну, ребята, что-то вы резко поглупели. Надо снять его с поезда по дороге. Гениальная голова у вашего шефа, а?
— Черт, действительно… — сконфуженно фыркнул Беседин. — Я просто до сих пор немного теряюсь в такой ситуации…
— Понятно, — сказал Данил.









