Некуда ему было двигаться — во дворе имело место нечто среднее меж митингом и народным гуляньем. Люди толпились кучками, о чем-то оживленно толкуя, там и сям шмыгали мальчишки, промелькнул молоденький милиционер в сбитой на затылок фуражке — он отчаянно махал руками, пробивая в толпе проход для медленно ползущей черной «Волги». Потом кинулся к «Запорожцу».
— Отъезжай, — распорядился Данил. Павлик задним ходом вывел машину на улицу, следом, треща моторишком и чадя, выкатился «Запорожец».
— Пойдем-ка пешком, — подумав секунду, сказал он. — Что-то там такое стряслось…"
"Подавая пример, вылез первым, подождал остальных и двинулся сквозь гомонящую толпу, пробивая дорогу, как бульдозер. Правда, для окружающих это вовсе не выглядело ни агрессией, ни хамством, как-никак его в свое время прекрасно выучили хитростям поведения в толпе.
Ох, мать твою…
Посторонив еще парочку зевак, он оказался в точке, откуда прекрасно мог все рассмотреть, — и, конечно же, в момент определил, чье окно щерится острыми обломками стекла, этакой жуткой каемочкой.
Климовское. На его окно все здесь столпившиеся и пялились, подчиняясь давно описанному классиками инстинкту.
— Эт-то что такое? — сквозь зубы прошипел Паша Беседин.
— Это взрыв в замкнутом пространстве, — тихо сказал Данил. — Тротиловый эквивалент нет смысла сейчас просчитывать… Нечто типа гранаты.
Вот только откуда она взялась в климовской квартире? Ничего недозволенного законом Климову иметь не полагалось…
Вера громко ойкнула за его спиной, наконец-то сообразив, что имеет кое-какое отношение к случившемуся, — как хозяйка квартиры, естественно.









