На то и волки – 2

 — Никто ничего подозрительного ночью не слышал. Время, впрочем, было весьма даже позднее: наши эксперты считают, что смерть наступила меж полуночью и часом ночи…

— Простите, а личные вещи? — спросил Данил. — Насколько я знаю, была договоренность, что их отдадут нам…

— Пожалуйста, — безразлично кивнула она, встала, извлекла из распахнутого сейфа небольшой пакет и высыпала содержимое на тощую картонную папку. — Все внесено в протокол, можете забирать. Ключи от машины были в замке зажигания, мы их присовокупили потом. В самой машине ничего, собственно, и не нашлось нераскупоренная бутылка вина с отпечатками пальцев потерпевшего, полупустая пачка сигарет… вот она… и плюшевый медведь — ну, знаете, некоторые кладут к заднему стеклу всякие безделушки… Медведь остался в машине, а вино сейчас в лаборатории.

На всякий случай делали анализ содержимого. Обычное сухое вино. Будете забирать?

— Зачем? — пожал плечами Данил. — Пусть выльют, что ли… А где машина?

Медведь. Небольшенький такой плюшевый медведь, не таивший внутри ни шифровок, ни бриллиантов, но сам по себе являвшийся…

— Машина у нас во внутреннем дворе.

Будете забирать?

— Хотелось бы.

— Хорошо, я сейчас созвонюсь…

Она потянулась к телефонной трубке, а Данил принялся перебирать скудные пожитки — последнее, что Серега имел при себе в не столь уж праведной, но и не особенно грешной жизни. Ключи от машины со знакомым брелоком-дракончиком, еще связка, без брелока, четыре плоских металлических ключа, пятый такой же плоский, но с черным пластмассовым колечком, шестой скорее подпадает под определение «амбарный» — длиной сантиметров десять, с бородкой по обе стороны… бумажник с покоробившимися документами и деньгами… швейцарский офицерский перочинник… авторучка… носовой платок… зажигалка… золотая печатка с лошадиной головой… сигареты… тайваньская лазерная указка… а это что такое?"

"Он взял монету двумя пальцами, показал Паше.

Чуть побольше советского пятака, но тоньше, как пишут в протоколах, «белого металла», в двух местах тронута прозеленью. Надписи, похоже, — сплошные сокращения незнакомых слов, такое впечатление, что латынь. На одной стороне — чуть стершееся изображение субъекта с бороденкой а-ля кардинал Ришелье, в гофрированном воротнике и короне, при скипетре и державе, на другой — герб, два одноглавых орла, два всадника… черт, да это же герб Великого княжества Рутенского, вот и дата просматривается… тысяча шестьсот… тысяча шестьсот… а вот дальше не разберешь, цифирки стерлись, не стоит и строить предположения…

Паша недоуменно дернул плечом. Данил тоже ни черта не понял.