На руинах Мальрока

Немножко я неправильно выразился: у простых людей нет других способов. У стражей полуденных он есть. И даже у стража-самозванца имеется. Этот способ сидит сейчас у меня на запястье и неодобрительно изучает связанных латников.

Вид у Зеленого нерадостный, но не шипит и не раздувается угрожающе — ему просто спать хочется, и птиц не может дождаться, когда же наконец его оставят в покое.

Нет, даже в случае с очень хитрой Йеной он всегда нервничал при ее приближении. А уж нашествие тварей попугай всегда засекал заранее, если трезв был: раздувался, становясь в три раза больше обычного.

До сих пор не пойму — с какой целью он это делал? Может, надеется погань своим грозным видом запугать?

— Развяжите их, они в порядке, — разрешил я, устав таращиться на Зеленого.

— Вы уверены? — настороженно уточнил Мирул.

— Да. В ваших товарищах нет зла.

Напряжение, сковывавшее всех, тут же спало. Воины загомонили разом, одновременно; мешая друг другу, бросились развязывать разведчиков. Те были рады еще больше — небось о многом передумали, пока их волокли в лагерь, а потом держали перед раздраженным попугаем. Малейший шик вредной птицы — и все, никто даже не станет разбираться.

В таких судах не бывает апелляций: голову с плеч, тело на куски, куски в огонь. И даже если в груди не найдется ничего постороннего, никому это не поставят в вину — вердикт пернатого детектора обсуждению не подлежит.

Ткнув пальцем в Грюнца, обнимавшегося с Мирулом, я описал его биографию на час вперед:

— Умыться, замазать раны, пожрать — и ко мне на разговор.

* * *— Ты уверен? И в первом, и во втором отряде были твари поганые? — уточнил я.

Латник, перекрестившись по-местному, истово выдохнул:

— Да, сэр страж! Хотя я ни в чем уже не уверен полностью после всего, что было, но разве это не твари? С виду человек обычный, разве что низкий, и шея такая короткая, что голова прямиком из плеч растет.

И плечи очень широкие. Глаза маленькие, черные, в одну точку таращатся всегда, и никак с ними взглядом не встретиться. Одежда у них есть, но странная: юбка кожаная с прорезями по бокам и жилетка, тоже кожаная, но материал чудной — будто рыбья кожа. Сильные как быки — меня, когда на нас напали, этот малец будто куклу детскую оземь швырнул. По деревьям бегают, как мы по земле; на самую отвесную скалу легко вскарабкиваются; раненого на плечах тащил будто хворостину — даже не запыхался за весь путь. В итоге помирать тот начал у него на плечах. И молчат они — ни слова никогда не слышал. Сэр страж, не бывает таких людей! Твари это, поганые твари!

— Выходит, остальные демами были, раз с тварями совместно действуют?

— Не знаю я, но выходит, что демы, — твари их приказы выполняли. Сам слышал, как эту, что вас притащила, Рыжая Смерть натаскивала — объясняла, что и как делать.