На руинах Мальрока

А денежки-то при этом будут продолжать уходить…

Ну а если нечисть пожалует? О да! Я просто мечтаю увидеть, как бурдюк делает подкопы в сплошной скале или пытается дотянуться до гребня стены. Если дотянется, то размер его должен быть с пятиэтажный дом, при всех вытекающих последствиях: такую махину земля откажется держать без капитального фундамента. Прыгуны? Да они в лепешки расшибутся, не достав и до середины стен, — повиснут на них зелеными соплями. А я при этом буду стоять наверху и поплевывать им на головы. Даже стрел не стану тратить — они внизу сами от досады передохнут.

Великие боги! Да изнуренный половым созреванием школьник, до кровавых мозолей замучивший ладони, не хочет своей учительницы по пению так, как я хочу этот замок! В нем меня ни инквизиция, ни нечисть…

Да никто в нем не достанет! Он полностью неприступен! Он просто обязан стать моим!

Хотя насчет неприступности я слегка погорячился. Чем ниже мы спускались, тем очевиднее проявлялись нехорошие следы. В замке, который я уже практически считал личной собственностью, похозяйничали какие-то вандалы. Они смогли его взять! Эти негодяи сожгли ворота на перешейке, проникли внутрь, запустили пожар во все МОИ башни.

Вокруг амбразур камни почернели от копоти, крыши обвалились, лишь местами уцелел каркас обугленных балок. На территории замка огонь уничтожил несколько строений и серьезно повредил остальные.

Как это могло произойти?! Ведь у армии не было времени для серьезной осады или подготовки грамотного штурма. Остается единственный вариант: замок не защищали.

В округе, кстати, тоже не все ладно: деревни чернели пятнами пожарищ; огонь поработал над мельницами, пристанями, церквами.

Край был разорен, и ни малейших следов попыток восстановления не отмечалось. Некому восстанавливать: с приходом темных жители в панике рванули к горловине Межгорья, на выходе из нее безропотно подставляя шеи под тесаки армейских мясников. Некоторые особо хитрые пытались отсидеться здесь, и до них добрались перерожденные. Те, кто сумел и это пережить, пали под мечами ворвавшихся солдат.

Еще недавно богатый и процветающий край превратился в безжизненную тень…

Я, по сути, никто — беглец и чужак с более чем сомнительным статусом и весьма вероятными печальными перспективами.

Все мои мысли до этого момента сводились лишь к одному: как прожить хотя бы один день. Никакой стратегии — голая тактика и непрекращающийся бег зайца по полям. У меня ведь не было определенного будущего, зато имелось немало врагов, готовых оставить вообще без любого будущего. Бежать, спасаться, укрываться, не высовывать носа — просто выживать: вот моя неизменная задача в этом мире. Я практически не думал о другом — некогда задумываться было.