А когда расслышали злобные крики свиней, разбивающихся о камни, ужаснулись дважды. Люди исторгли из себя съеденное мясо свиней, чтобы никогда более к нему не прикасаться. И грешные люди освободили Ферра: забросали острыми камнями его тело, разорвали на части и сбросили со скалы на острые камни, омываемые холодной водой. Так пророк Иса сделал нечистый народ чистым за один день. И было это за восемьдесят восемь лет до великого исхода.
После паузы епископ продолжил другим, уже не столь пафосным голосом, будто с друзьями в узком кругу общался:
— Скажите, братья, а что бы сделал пророк Иса, не появись у реки свиньи, одержимые самой Тьмой? — Не дождавшись от притихшей паствы ответа, взялся за это дело сам: — Пророк Иса собирался самолично покарать Тьму, погубившую Ферра, — для того и сжал крепко свой посох.
Таким посохом можно легко разбить голову. Неверующие люди не оставили пророку другого выхода — ему пришлось решиться на пролитие крови. И не появись свиньи, так бы и случилось. Последние времена приходят — гибнет мир наш. Гаснет светоч веры, и Тьма идет как от мира нечисти, так и от мира людей.
Возможно, мы последние, кто в силах спасти этот грешный мир. И делать это надо так, как делал Иса, — не боясь проливать кровь, если это потребуется для победы над Тьмой. Помните: Тьма многолика и не всегда приходит с юга. На севере, в мире людей, она столь же сильна и коварна — просто научилась притворяться светом. Сердцем почувствуйте разницу — Тьма лишь притворяться светом может, но сама им не станет никогда. Не давайте себя обмануть, пусть рука ваша не познает жалости к погани нечистой, кем бы она ни представилась.
Устав стаскивать-натягивать сапоги, я поднялся.
Здесь все понятно: Конфидус грамотно сражается с идеей непротивления злу насилием, прочно засевшей в головах его паствы. Все религиозные тексты грешат одним и тем же — невразумительностью повествования. При желании их можно трактовать как угодно — вариантов великое множество. Простые верующие, уверенные в истинности каждого слова, не имеют привычки сомневаться в интерпретации: тому свидетельство успех множества лжепророков. Похвально — будь я иридианином, после такой проповеди обязательно взялся бы точить топор.
Не удивлюсь, если из этих ягнят епископ все же сделает религиозных маньяков: взялся за дело очень серьезно и оперативно. Если не пропадут в Межгорье, может, я еще при жизни застану новую инквизицию — уже иридианскую. Учитывая смекалку и трудолюбие этого народа, заранее ее опасаюсь и побаиваюсь за свои ноги.
Кстати, мой «внутренний переводчик» начал скатываться к банальной мистике. Если раньше врага он называл «погань», то теперь и «Тьма» появилась (с большой буквы), и «нечисть».
1
0
