На милость победителя (СИ)

– А этот паразит догадывается, что мы родственники, но никак не хочет  признать очевидное.

– Трудно тебе приходится, – прошептала Милка, любовно оглаживая щетинистую щеку. – Брат не признается в родстве, меня выкрасть пришлось. Нашел бы себе послушную томную блондинку…

– Я бы со скуки помер, Милочка, – разулыбался он и серьезно добавил: – Давай спать. Мне завтра в клинику с утра ехать. Вадим Ильич мне голову откусит, что я без спросу удрал.

– Хочешь, завтра поедем вместе? – предложила она. – Я с тобой посижу…

– Даже не знаю, – пробурчал Демьяновский. – Клиника частная, порядки строгие.

– Меня пропустят, – заговорщицки хихикнула Милка. – Я к тебе приходила, Рома. Только ты лежал без сознания…

– Спал, – кивнул тот. – И сквозь сон почувствовал твое присутствие, услышал твой голос. Но решил, что у меня галлюцинации начались. Ты бы осталась тогда, Милка, – прошептал он, снова укладывая ее на подушки.

– Я боялась, что ты меня прогонишь. Мне даже ночами снилось, как ты бежишь за мной и требуешь…

– Любви? – быстро добавил он.

– Я боялась лишний раз на улицу выйти, – прошептала она.

– Знаешь, если найдется тот самый вор, я снесу ему или ей голову.

– А если не найдется? – печально усмехнулась она. – То до конца жизни будешь считать воровкой меня. Хороша основа для крепкого брака…

– После клиники заеду к следакам. Пусть разбираются. Я верю тебе, Милка, но никак не могу разобраться в происшедшем. Уже забить готов на эти бабки и жить счастливо, только факты –  упрямая вещь. Я же все записи с камер наблюдения пересмотрел. Никого кроме нас в доме не было. Что ж это получается… Мистика какая-то! – поморщился он.

– Значит, завтра еще и я посмотрю, – пробурчала Милка. – Ты езжай в клинику сам. А я как настоящая гламурка буду дома сидеть, смотреть телик и ногти красить…"

"– А я люблю тебя такой, – прошептал он. – Естественной, без маникюра…

– Вот ты балда, Демьяновский, – фыркнула Камилла, – накрашенные ногти от маникюра отличить не можешь, – рассмеялась она и тут же испуганно приложила ладонь к животу.

– Что, Милочка? Что? – перепугался Роман и даже подскочил на кровати. Заглянул в лицо. – Что-то с ребенком?

– Забился, – восхищенно пробормотала Камилла и приложила ладонь Демьяновского к животу.

– Сын! – радостно воскликнул он. – Девчонки так не толкаются. Они нежные и ласковые.

– Есть девочки  как твоя сестра, – хмыкнула Камилла и весело уставилась на Романа. – Ну или как моя мама… – и ощутив биение с другой стороны, рассмеялась. – Кстати, возможна и двойня.

– Как? Почему? – всполошился Роман, а потом весело махнул рукой. – Хоть тройня, Милка. Воспитаем.