Если, конечно, Степа вечером не приедет, – хмыкнула она себе под нос, точно зная, что после концерта Эмина ни один вечер не обходился без Бекетова.
«Он классный, – снова вздохнула Камилла. – Но он не Рома», – в который раз призналась она самой себе, вспоминая широкие плечи любовника и его крепкие руки, сжимающие ее бедра. И если с Демьяновским даже усидеть рядом не получалось. Все хотелось прикасаться к нему, целоваться или просто обнимать, чувствовать тепло любимого человека, ощущать его прикосновения. Кожа к коже, и ничего лишнего. Со Степаном же все складывалось по-другому.
Камилле иногда казалось, что вместо Дуськи и Яны провидение прислало ей Степана Григорьевича. Спокойного и обходительного. Он дарил цветы, неизменно водил на концерты и во время перерыва на ее выступлениях великодушно предоставлял собственный кабинет для отдыха. Милка вспомнила, как еще вчера лежала на мягком плюшевом диване, положив ноги на подлокотник, гладила живот и разговаривала с Анечкой.
«Глупо было бы предполагать, – хмыкнула она про себя, доставая из микроволновки тарелку с едой, – что Степа Бекетов, надменный и строгий с персоналом, разрешает другим певицам вот так пользоваться своим кабинетом.
– Я люблю его, – прошептала она, прекрасно понимая, что не примет предложения от Бекетова.
Она съела суфле и картошку, показавшиеся ей безвкусными, и уже собралась пойти в парк, когда позвонила Юлия.
– Татьяна Андреевна запрашивает все отчеты. Твои и Зоины. Будет сама вечером разбираться. Сейчас же пришли мне свои наработки.
«Ой, мамочки», – мысленно ужаснулась Камилла и уже снова решила засесть за компьютер, когда телефон запел «Мир наполовину полон».
«Степан», – улыбнулась Камилла и радостно подхватила трубку."
"– Привет, – пророкотал хозяин «Белой дачи». – Сегодня у моего друга день рождения, и я хочу, чтобы ты составила компанию. Как тебе идея, Камилла?
– Я даже не знаю, – пролепетала она. – У меня срочная работа.









