На милость победителя (СИ)

– Ну и правильно. Коли любишь, береги ее, – важно заметил Костик и, бросив еще пару ничего не значащих фраз, отключился.

– Люблю и берегу, – пробурчал себе под нос Демьяновский, залезая в машину. – А тебе, Кира, будет урок за идиотскую выходку. Только если поймешь, откуда прилетело, – ощерился он и, выехав на проезжую часть, впервые за последнее время включил в машине музыку. Что-то щелкнуло в проигрывателе, потом хрустнуло, и внезапно заработало радио. Николай Расторгуев душевно пел о том, что все зависит от бога и немного от нас. Рома Демьяновский, всегда предпочитавший классическую музыку и джаз, внезапно обрадовался этой песне.

– Не бывает так, чтобы жизнь без любви.

Ты окликни меня, ты меня позови."

"Бесконечна дорога, но вчера и сейчас

Всё зависит от Бога и немного от нас… – выводил он вслед за группой «Любэ» и внезапно понял, что не удосужился сделать до сих пор. На ближайшем светофоре Роман круто развернулся и поехал в другую сторону от дома. Припарковал Рэндж около светящегося десятками огней ювелирного магазина и быстро вошел внутрь.

– Вам помочь? – обратилась к нему слишком любезная девица на входе.

– Я сам, – отмахнулся Демьяновский и, подойдя к витрине с бриллиантами, деловито осмотрелся. Он точно знал, что его жене не нужны драгоценности как таковые, не нужен напускной блеск. Но хотелось, ей-богу хотелось как-то запечатлеть свою любовь. Запомнить то невиданное счастье, царившее в груди со дня женитьбы, и как-то постараться сохранить его на веки вечные. Демьяновский беглым взглядом всмотрелся в обручальные кольца, показавшиеся ему ужасно скучными, и лично для себя выбрал простой золотой ободок с абсолютно ровными стенками.

– Ладно, – махнул он рукой. – Приедем вместе. Пусть она сама выберет, – пробурчал он себе под нос и тут же увидел его. Кольцо из белого золота. Ничего лишнего: две бриллиантовых ветви, расположенные одна над другой и будто призванные любовно обнимать палец.

– У вас гравер работает? – быстро осведомился Демьяновский. – Пусть сделает надписи на кольцах.

– У него уже заканчивается рабочий день, – неловко улыбнулась продавщица.

– Я заплачу по двойному тарифу, – усмехнулся Роман, заранее зная, что мастер не откажет. И пока тот гравировал маленькие круглые буквы на кольце Камиллы, Демьяновский позвонил жене.

– Что такое любовь, Милочка? – пробормотал он еле слышно.

– Любить – это глагол, Рома, – нежно прошептала Камилла. – Мы любим и каждый раз доказываем это…

– Спасибо, маленький философ, – довольно улыбнулся Демьяновский.

– Приезжай скорее, я жду тебя ужинать, – требовательно заявила Камилла.