Мы просто дружим

 – Нельзя же каждые пятьсот метров тормозить. Мы так до Цюриха только к вечеру доедем.

Женя зыркнула на него искоса и закусила нижнюю губу, что у нее обычно было признаком надвигающейся обиды. Саня против воли залип на этих пухлых сочных губах. Внутри, словно грозовая туча, собиралось темное, тяжелое, опасное возбуждение.

Лучше бы ему не смотреть на Женьку. Не вспоминать, что они вчера вытворяли. Как она впустила его язык в свой сладкий рот, как гнулась под ним, со стоном подаваясь на член, как прерывисто дышала и называла его «Саша».

Сука. Ну нахрена они переспали?! Нахрена? Все же так хорошо было. Легкая ненапряжная поездка, красивая Европа, вкусная еда и веселая Женька рядом. Не хватало только отличного траха, чтобы довершить идеальную картинку. Что ж, тут на помощь должен был прийти бар в Лихтенштейне и девочка, которую он там склеил. Хорошая, красивая девочка – целовалась с полной самоотдачей. И в рот, судя по всему, взяла бы без проблем.

И надо же было Женьке взять и сбежать. Потому что с этого момента – Саня отвечал! – именно с этого момента все пошло по пизде.

Стоило увидеть злые Женькины глаза и услышать, как дрожит ее голос, когда она посылает его обратно к этой бабе, как пазл сложился. Рыжая красотка подруга ревновала его. И еще как! До искр из глаз!

Но ведь если ревновала, значит… Значит, все же относилась к нему, не как к брату? Не как к другу? Это было открытием. Открытием года, можно сказать. Да что уж там, открытием десятилетия!

Сане всегда казалось, что Женьке он как мужик тупо неинтересен. Как человек, как личность – да. Тут у них была полная и приятная взаимность. А вот какого-то иного интереса Саня никогда не замечал. Думал, что, может, не в ее вкусе – фиг знает. Во всяком случае встречалась Женька с теми, кто был явно другого типажа: светлокожими и русоволосыми. А не со смуглыми, похожими на цыган – как сам Саня."

"И тут такой сюрприз! Практически признание в том, что он Женьке нравится. И легло это все на подготовленную почву: на давнюю, тщательно запрятанную симпатию, на слишком тесный контакт за последние дни, на чертов хрипло-сексуальный голос, от которого бы и у мёртвого встало. Вишенкой же на этом торте была ночевка в одной кровати. Легли-то они под разными одеялами, но когда уснули, их как-то притянуло друг к другу. Женькино горячее ладное тело так прижималось к Сане, что ему всю ночь снилась чистая порнуха. Утром даже в глаза было неловко смотреть.

Так вот, было чистым самоубийством кидать на все эти дрожжи, плюсом к которым шли банальный недотрах и убойные коктейли от бармена Джека, Женькину незамутненную ревность, потому что рвануло знатно. Так, что Саню снесло с катушек. Моментально и качественно.

Женьку было вкусно целовать.