4
0
Комната с нарядным столом и высокими вазами с желтыми и белыми тюльпанами казалась удивительно мирной. И однако даже я чувствовала пугающую острую проницательность лейтенанта, которую он искусно скрывал под маской вежливости.
Он достал записную книжку и вкрадчиво произнес:
— Для начала я бы хотел, чтобы мисс Ловеринг как можно точнее сообщила все, что ей известно о действиях и поведении Грейс Хау вчера вечером.
Он не стал помогать мне вопросами, а просто сидел и слушал мой довольно сбивчивый рассказ, начиная с прибытия злополучного заказного письма.
Разумеется, все о вечеринке Стива в «Эмбер-клубе» выплыло наружу. В другое время не миновать бы всем нам головомойки, однако миссис Хаднатт сейчас не интересовала наша глупая эскапада.
Для меня было сущим мучением рассказывать все это пятерым людям, слушавшим меня в напряженном молчании. Наверное, я особенно нервничала из-за того, что не знала, как подойти к описанию первого антракта в театре, где я стала свидетельницей непонятной сцены между Грейс и доктором Хаднаттом.
Я пробормотала:
— Когда подошло время первого антракта, мы с Элейн побежали в театр. Мы...
— Вы видели Грейс? — впервые прервал меня лейтенант Трент.
— Да, видела.
— И она была одна?
Я чувствовала на себе не только взгляд доктора Хаднатта за мной наблюдали, также Мерсия и Пенелопа.
Они страшно нервничали, будто опасались, что я метну ручную гранату.
— Нет.— ответила я.— Она была с доктором Хаднаттом.— И, сделав небольшую паузу, добавила: — Они говорили о пьесе.
Сама не знаю, почему я солгала. Возможно, потому, что инстинктивно встала на защиту знакомых мне людей от безликой силы закона. И сразу атмосфера разрядилась.
Может, лейтенант что-то заметил, но промолчал и стал внимательно слушать о том, как странно познакомила меня Г рейс с Дэвидом, как она хотела передать мне три письма, по передумала, и о ее окончательном исчезновении вместе с морским офицером.
— Не могли бы вы нам сказать, кому были адресованы эти письма, мисс Ловеринг? — невозмутимо спросил Трент.
— Я видела только самое верхнее — оно было адресовано ее брату. И он его получил: письмо прибыло в больницу ночью.
— Благодарю вас, мисс Ловеринг.
Несмотря на некоторые противоречия, например исчезновение шубки, обнаружение тела так далеко от Нью-Йорка и Вентворта и история с этими письмами, дело кажется довольно ясным, не так ли?
Вопрос был обращен ко всем присутствующим, но мне показалось, что лейтенант подбросил нам крючок с наживкой.
Его заглотила Пенелопа Хаднатт.
— Совершенно верно,— согласилась она.— Не могу не выразить своего сожаления по поводу того, что не обратила внимания на эти слишком частые заказные письма... Грейс была трудной девушкой — она уже давно вызывала у меня тревогу.
