3
0А ведь вряд ли с момента знакомства прошло более получаса. Жалела ли я, что лишена подобного таланта?
Как-то раз, когда я посетовала, что мне нужно куда больше времени, чтобы наладить контакт с ученицами, Белинда ответила в духе своих любимых назидательных аллегорий:
— Вы солнце, а я теплица из лучшего алазонского стекла. Вы солнце, а я грядка с воздушной, щедро удобренной почвой. Я могла бы роптать, что мне не стать разящим клинком, поглощающим солнечный свет. Но солнце одинаково светит нам всем…
В общем, я закрыла рот и сосредоточилась на сборе документов для возведения в школе мини-обсерватории.
"И, да, я по-прежнему одна из преданных фанаток Белинды. При любом удобном случае стараюсь заглянуть на урок и вместе с девочками замираю перед ее невероятными голограммами. Так, я не меньше пяти раз смотрела, как проходила высадка варваров на земли будущей Фересии, а уж как легендарный Зигмунд Конрад, основатель правящей династии, дал бой предателю Филиппу — еще чаще.
Родерик, поймав, что я наблюдаю за ними, стараясь остаться незамеченной, насмешливо заломил бровь.
— Идеальная леди Бланш, у которой все цветет и колосится, не откажитесь уделить мне пару минут.
Белинда как раз увлекла Ангелину во вторую комнату. И тон Родерика не позволял усомниться, что вопроса он не задавал. Вот только, кто отдавал приказ — великий князь, с которым мы вчера довольно холодно расстались после безобразной сцены, или первый министр, уловивший применение в Гретхеме запрещенного оружия?
— Куда изволите, Ваше Высочество, — в кабинет или на террасу? У нас она тоже имеется.
Конрад одарил быстрой улыбкой. В возрасте Серены и Лидии одной ее хватало, чтобы мне захотелось закружиться по комнате. Сейчас же в районе солнечного сплетения я ощущала тугой скрученный узел, возможно, магического происхождения.
Слишком долго я прятала и подавляла то, что чувствовала к этому мужчине.
— На ваше усмотрение. Я намерен тренировать навыки, в отсутствии которых вы вчера меня упрекнули.
Глава 16
Мы все-таки отправились на террасу. Там мы могли общаться без свидетелей и при этом оставаться у всех на виду.
По-моему, фразу про то, что он намерен меня соблазнять, Родерик бросил специально — чтобы вывести из равновесия. Вид у него был такой, словно меня ждала выволочка.
Но я не забывала и эту короткую озорную улыбку; быть со мной строгим ему удавалось редко.
