3
0Иначе даже как-то…. пугает.
— Нет, — заявила я, все еще не веря, по-прежнему злясь, но уже рыдая от невыносимого облегчения. — Ты пропустишь меня вперед. И не уговоришь, не надейся.
*****************
Я проснулась ровно через двое суток. Не питала иллюзий, что этот сон будет коротким. Поэтому до того, как позволила князю, — нет, теперь уже королю, — надеть мне на шею восстанавливающий амулет, убедилась, что все дети в порядке, вдовствующая королева переживет без меня несколько дней, а стихии над Фересией больше не стремились удариться лбами.
Как я и предполагала, Стефана, пока я спала, успели предать земле, освободить тюрьмы и вернуть имущество тем, кто попал в опалу за последние две-три недели.
Наверное, Родерик боялся, что меня возмутят даже минимальные почести, оказанные царственному преступнику. Корона добавляла величия любой голове, на которую опускалась. Будь Стефан Конрад захудалым бароном, он бы вошел в историю как очередной поехавший маньяк… А так это имя обрастет мрачными легендами, и у него найдутся свои почитатели среди исследователей.
На эти дни муж оставил меня в том самом высокогорном замке.
Стелла со своими мальчиками пожелала вернуться в Говардс, чтобы быть пока поближе к Гретхему. У них со Стефаном имелось семейное гнездышко, построенное к свадьбе, — там она решила открыть картинную галерею и музей королевской династии. Все равно этот дворец продать можно было лишь кому-то из родственников.
Но что делать со столичным? Главной резиденцией правителей, где меня изнасиловал король, где был зачат Дэвид, где Клавдия терпела ненавистного супруга, сжимая в руке тот самый кинжал… Как я понимала маму, которая не могла дождаться своего отъезда из страны.
Но я не имела возможности вычеркнуть прошлое, только научиться его принимать. Так что глупо бояться воспоминаний, заключенных в махине старого дворца.
Сейчас Родерик закрыл его «на проветривание» — следовало подождать, пока магический фон одного правителя сменится фоном другого.
— Я вернусь в Гретхем, — сообщила я, когда муж зашел ко мне, угадав, что я проснулась.
Однако примерной жене следовало вести себя нежнее. У него на переносице только за эти дни появились две или три новые морщинки. Мало внутренних забот, а в Фересию уже поехали послы с поздравлениями. Ветер переменился. Во-многом со Стефаном договариваться было проще.
