Ни слова, господин министр! (СИ)

Конечно, поток отдыхающих контролировать невозможно, но, я уверена, тогдашний бургомистр принял меры, а потом передал эстафету Влахосу. Передающие маячки как минимум стояли вокруг Гретхема и в подъезде моего городского дома.

Девяносто жезлов в упаковках по пятнадцать штук перекочевали в экипаж. Кроме коробок, там уже стояло большое зеркало для связи с прошлым (только очень неграмотные люди верили, что можно повлиять на будущее), самые простые классные доски (пять штук) и целый ящик волшебных мелков.

Девочки их просто обожали, потому что они передавали эмоции и меняли цвета — с ними веселее.

А вот в старших параллелях ученицы от них отказывались, потому что преподаватель сразу понимал, знала ли отвечающая тему или домашнее задание она вчера проигнорировала.

— А эти, как их, жезлы, они как волшебные палочки из сказок работают? У меня просто племяшка не без способностей. Вот я и думаю... может, что-то из того, что вы берете в школу, покупать и на себя.

Я уже собралась выходить и тут же остановилась.

— Ни в коем случае. Это учебный материал. Жезлы нужны, чтобы легче концентрировать поток за пределами тела, в данном случае — кисти.

Их нельзя приобретать без лицензии. И, тем более, совершать взмахи без надзора преподавателя. Лучше, как будет возможность, приведите девочку ко мне. Сколько ей лет?

Леонид замялся. Сколько раз я сталкивалась с подобным поведением родственников. На хорошую школу в обычных семьях денег никогда не было. На мальчика бы еще постарались, скинулись бы и другие родственники. Вдруг из него получится боевой маг… А девочка — ну, как-нибудь сама. Даже отправить ее к сельской ведьме — и то расходы.

Двести и даже сто лет назад такие несчастные, не овладевшие собственными чарами, частенько оказывались в застенках и при плохом раскладе шли на костер.

Сейчас корона открывала для них общественные школы, где условия, правда, немногим лучше, чем в тюрьме."

"— Двенадцать исполнилось четыре месяца назад. Моя сестра, ее мать, обычная модистка. Шьет сорочки, юбки для дам в Говардсе. Это самый большой из курортов, и спрос есть. У нас нет никого знатного на четыре поколения назад и вширь, леди. Отец девочки ушел в армию шесть лет назад, и больше вестей о нем не было. Жив ли он и другую семью завел, или сгинул, мы не знаем.

Лавочник мял отворот пиджака. В роли просителя он ощущал неловкость.

— Я могу им подсобить. У сестры тоже немножко накоплено, но где титулов взять… Сами понимаете. Если вы ее вдруг возьмете, она парией станет. А девчонка дюже гордая, привыкла к самостоятельности. С животными общий язык имеет.

— В Гретхеме, Леонид, я держу в каждом классе несколько мест как раз для талантливых девочек без происхождения. Адаптацию мы берем на себя. За исключением совсем уж зазнаек, их никто не трогает.