3
0Теплая волна счастья, эйфория, и сердце трепещется, словно хочет высвободиться, взлететь и унести меня за собой. Теперь я знаю. Но почему именно сейчас? Все сразу.
— Я не могу здесь задерживаться. Мне надо будет уйти.
Аглая улыбнулась:
— Уйдешь. Этому как раз никто не посмеет помешать, зимняя девочка.
Подошел официант со столовыми приборами. Я занервничала:
— Аглая, хватит загадок. Я готова. Говори.
— Ну что ж…
И она заговорила.
… Фейри давно живут со страхом в сердце. Много лет их мир находится под угрозой вторжения. Как они жалеют, что двести с лишним лет назад пустили на свою землю чужака! Что рассказали ему свои легенды, показали свои слабости! Одна из фей провела его на Холмы Искупления, где он остался жив. Оливер Фергюсон странствовал по Лугам и писал свои заметки – он провел на в Волшебном мире много лет и скопил много золота с ветвей Колыбели. Его вернули, как он и просил. Он так стремился домой, а мир людей посмеялся над ним. И тогда он начал искать способ возвратиться обратно. Он основал тайное общество, Орден. Как, оказывается, много можно сделать, имея в руках сотни золотых погремушек! Вначале участники Ордена всего-навсего пытались найти полукровок, скрывающихся под видом обычных людей, чтобы те указали основателю путь в Волшебный мир, но феи умеют скрываться.
Оливер потратил почти все свои деньги на деятельность Ордена. Родственники, видя, как Фергюсон проматывает свое состояние, которые, как они считали, он вывез из колоний, поместили его в сумасшедший дом. Выйдя из него, Оливер озлобился и дописал несколько последних глав, выставляя в них фейри исчадием ада. После его смерти Орден продолжил свою деятельность, он уже давно обрел свои собственные цели, капитал и иерархию. Только вот, к власти в нем пришли люди, в интересы которых входило нечто большее, чем поиск Третьего Пути. После выхода книги, его члены перешли к решительным действиям. «Нравы и повадки…» были для них как «Майн кампф» для последователей Гитлера. Орден выкупил почти все экземпляры единственного издания. Нет, эта попытка пройти на Холмы была далеко не первой, но самой продуманной и подготовленной. Детище Фергюсона за двести лет превратилось в сплоченный коллектив фанатиков, а ведь известно, что нет ничего крепче братства одержимых общей идеей.
Однако тридцать с небольшим лет назад по человеческому летоисчислению одна из дочерей Холмов, полукровка по имени Александра, встретила своего будущего мужа.
