Мосты не горят

Не знал, что она родила, видимо у нее были свои причины скрыть факт рождения ребенка от подобного отца– что-то потом с ней произошло, то ли передоз, то ли мокруха какая. Антона воспитывала бабушка.

Мальчик рос как трава, связался с криминалом, в один прекрасный день пересекся с Киприяновым, а тот по пьяни стал трепаться о своих любовных победах. Антон, не будь дураком, смекнул и сопоставил кое-какие факты из рассказанного Крысаком и своей биографии. Он не собирался мстить или шантажировать, нет, наоборот – Крысак был для него чем-то вроде иконы, Жаба из кожи вон вылез, чтобы попасть к тому в телохранители. И чувства у него были весьма сентиментальные. Да, он туповат, неразвит, груб, но отца искренне любит и о своих способностях немного осведомлен – жизнь подсказала."

"Пару лет назад в доме появилась Вера. Антон поначалу с ней не очень церемонился (чему она, по причине своей природы, была весьма рада), а потом как-то привязался – рассказал ей все, а она посоветовала признаться во всем отцу. Но тут Киприянов привел в дом Сеню. Жаба затаился, не зная, что теперь делать, с таким-то раскладом сил. Я была права: Вера тут же сделала стойку на Сеню. А что? Красавчик, образованный, наследник, фейри, в конце концов. Идея убийства нашей милой зифе всегда претила, она предпочитала питаться по чуть-чуть, хотя убийство фейри… это да… поэффективнее, раз… и живи пару десятков лет, не боясь постареть или истощиться. Впрочем, вернусь к Сене. Они с Киприяновым не стали распространяться о своем родстве – мало ли. Только Антон обо всем догадался. Но не он один был такой умный. Во-первых, Сеня-Скат сразу понял, кто перед ним. Это я-то, наивная, гадала, как так получилось, что столько полукровок под одной крышей собралось, а он сомневаться не стал — справки навел. Во-вторых, в один прекрасный день Вера, истощенная заботой об умирающем отце, позволила себе «хлебнуть» лишку. И попалась. Сеня крепко взял ее в тиски. Она испугалась. Орден прихлопнул бы зифу, как муху, никакие ее магические способности не помогли бы. По требованию Сени она спала с Антоном и рассказывала о каждом его шаге, разыскивала зифов, согласных пойти на новую войну с фейри. Скат обещал им часть Холмов, но зифы, еще помня недавнюю по их меркам схватку с феями, наотрез отказывались. Сеня занервничал. Я не сказала, кто его отчим? Отчим Сени, мнимый друг Киприянова, правая рука главы русского филиала Ордена. Киприянов был у них под особым наблюдением, ибо силен… зараза. Понятно, в каком мозговом штурме вырос мальчик. Орден уже много раз отлавливал фей, но мало кто из них согласился помогать…. Аглая, скажи, как…?

Аглая прикрыла глаза. Холмы вылечили ее тело, но душа… воспоминания… Стриженая почти налысо, похудевшая до прозрачности, она казалась такой хрупкой и уязвимой.