5
0
* * *На следующий день мне позвонил Курбатов и сказал:
– Значит, так, Полина, просьбу я твою выполнил. Ребята учли мои пожелания. Вас будут беспокоить по минимуму. Есть еще одна новость. На квартире у своей любовницы, Лилии Якуниной, задержан Петр Кудряшов. Пока он отказывается от дачи каких-либо показаний. Очень многое будет зависеть от того, придет ли в себя его супруга.
– Ну что ж, это хорошие новости. Спасибо, дядя Сережа!
* * *Через два дня Татьяна Кудряшова пришла в себя. Врачи опасались, что она может потерять память, но во время утреннего обхода больная отозвалась на свое имя.
– Когда меня выпишут? – строго спросила она людей в белых халатах. – Мне на работу надо. Там без меня все загнется.
– Не торопитесь, голубушка, лежите, отдыхайте, а я к вам попозже зайду.
Лечащий врач, как и обещал, зашел в палату к Кудряшовой через час. Сначала он сообщил больной ее диагноз – перелом шейки бедра, а потом сказал, что с ней хочет побеседовать следователь.
– Какой еще следователь? Зачем? В чем меня обвиняют? Не пускайте никого ко мне! – заволновалась Татьяна. – Я еще очень слаба."
"– Успокойтесь, голубушка, это же в ваших интересах. Никто ни в чем вас не обвиняет. Следователь хочет задать вам несколько вопросов по поводу того, что с вами случилось, кто этому, так сказать, поспособствовал.
– Никто. Я сама упала.
– А вот у нас другое мнение по этому поводу, – раздался голос откуда-то сверху. Татьяна подняла глаза и увидела мужчину в наброшенном на плечи белом халате.
– Прошу вас, недолго, – сказал лечащий врач и вышел за дверь.
– Здравствуйте, я следователь прокуратуры Толмачев. Я прошу вас ответить на несколько вопросов. – Следователь красноречиво посмотрел на соседку Кудряшовой по койке, та взяла костыли и вышла из палаты...
* * *– Извините, девушка, – сказала мне эта больная, – оставаться дольше там было неприлично.
– Ладно, я из другого источника все узнаю. У меня будет к вам еще одна просьба...
– Какая?
– С ваших слов я поняла, что Кудряшова еще не осознала, что такое перелом шейки бедра. Наверное, она думает, что пройдут три недели и ее выпишут.
– Как бы не так, тут тремя месяцами даже не отделаешься. У меня соседка с таким вот диагнозом только через год на ноги встала, а бывает, что и не встают...
– Вот, именно это вы Татьяне и расскажите. Желательно в цвете.
– Сделаю, – с готовностью кивнула мне женщина на костылях и скосила глаза на мою сумку.
– Вот, – я положила в карман ее пестренького халата несколько купюр, – это вам на фрукты. Я еще к вам зайду.
– Буду ждать.
Эпилог
Прошли еще две очень насыщенные для меня недели, и я позвонила Мигаловым.
– Алло, – сказал женский голос.
– Здравствуйте, Нина Ксенофонтовна! Это Полина. Помните, я к вам приходила насчет «Экватора»?
– Да, конечно.
