7
0Еще почти минуту собираюсь с духом и поворачиваю ту, чтобы приоткрыть дверь.
Ореол таинственности рассеивается сразу, как только я заглядываю внутрь.
Комната как комната. Ничего особенного — просто спальня, казалось бы. Широкая кровать, на стене несколько рамок с фото, но сложно разглядеть, кто именно там изображен. Прохожу взглядом дальше, стараясь уловить каждую деталь — любопытство включается на полную катушку. Не зря же Валентина с такой интонацией говорила про эту комнату.
Здесь царит легкий полумрак. Работают лишь пара бра. Но я остро ощущаю, что комната нежилая. Словно склеп. Вроде бы ничего такого, но почему-то мурашки по коже. Однако это меня не останавливает.
Я с интересом оглядываюсь и слегка теряюсь — хозяин дома оказывается в дальнем углу, сидящим в кресле с закрытыми глазами. Но стоит только мне сделать шаг, как он резко их открывает.
Удивительно, но при таком совещании мне удается четко уловить, как меняется выражение его лица.
Еще секунду назад на нем была написана боль, а теперь — злость. Даже ярость.
Север медленно поднимается на ноги, и мне чудится, что он стал выше и шире в плечах. Будто страшнее.
Я немею, шумно выдыхаю, а затем слышу приглушенные:"
"— Ты что здесь делаешь?!
И он делает в мою сторону первый шаг…
21 Север
В этой комнате всегда хорошо думается. Призраки прошлого выползают из углов, стоит мне зайти. Но я уже привык.
Правда, едва захожу, как трезвонит мобильный. Громов. Раздражение улегается — Наиль никогда не дергает по мелочам.
— На проводе, — лениво отвечаю, усаживаясь на привычное кресло.
— Здорово. Я насчет поставок. Партию выслали.
— Уже? — выдаю, а сам пытаюсь мозги в кучу собрать. Совсем выпал из обоймы с этой провокацией и бедой ходячей. — Суровый не говорил.
— У него…хм … особенные обстоятельства, — ухмыляется друг. — К тому же мелькнула инфа, что проверки могут быть. Так что даты пришлось сдвинуть. В общем отправляй пацанов забрать товар.
— Добро. Бабло Марк переведет. Как дела в целом?
Наиль многозначительно замолкает.
— Интересно, — хмыкает. — При встрече перетрем.
Отбиваю звонок, какое-то время мысленно возвращаясь во времена детства, когда с пацанами выживали в детдоме. Давно было. Кажется, в другой жизни.
В висках ломит — так бывает, если надышаться херотой. А те, кто устроил взрыв в том клоповнике, куда ушлепок Смоляков с дружками затащил Демыча с девчонкой, явно постарались на славу.
С этим еще предстоит разбираться — в городе становится неспокойно. А значит, снова близится жара.
Злит ли это меня? Скорее, раздражает. Не люблю, когда непорядок. И когда зарываются твари, решившие, что им слишком мало бабла и власти.
Демьян тоже барагозит. Оно и понятно — возраст такой. Но порой пацан теряет берега, превращаясь в назойливую проблему.
