Молодость на продажу

Одеты (точнее раздеты!) они были, как и первая, увиденная нами красавица, украшены - примерно так же, и только цвет волос да укладка причёсок значительно разнилась. Скорей всего именно в последней детали женской неотразимости и проявлялась личная индивидуальность здешних красоток.

- Чур, моя – вот эта! – сразу стал делиться Найдёнов, отбирая для себя знойную блондинку. Не понятно, каким силиконом она себе губки накачала, но они явно выглядели не родными. Хотя и вполне гармоничными на прекрасном, очаровательном личике.

Он ещё и ощупывать её стал, словно забыл, что надо тело связать и приготовить к спешному допросу.

Но именно моя реакция возмущения, заставила и свои руки остановить, которые уже совсем не злобно переворачивали другое женское тело. Пусть и брюнетка, но в тот момент она мне показалась олицетворением женственности и сексуальности. Инстинкт размножения рода – давал о себе знать гоном, напрочь отключающим мозги.

«Если мы продолжим в том же духе, - возопило во мне чувство самосохранения, - то нас на этих девушках и пришибут! Надо заморозить свои чувства и приступать к допросу!»

Себя легче отрезвить: прогнал определённую волну омерзения и самые гадкие картинки в памяти восстановил – и готов.

На какое-то время… А вот Лёню пришлось ледяной водой смачивать, да болезненным эрги’сом в чувство приводить. Только после этого он среагировал на мою команду:

- Пройди до первого перекрёстка, подвесь там яркий зырник, и смотри в оба! Наверняка к этим троим ещё любопытные подтянутся. Та же Нефертити, к примеру…

Вроде друг не обиделся, сам понимал, в какой мы переделке оказались. Но всё равно, уходя, тяжело вздыхал, да всё косился на прекрасные тела, которые я ворочал и рассаживал по заранее продуманному плану.

Начал с блондинки. Парализовал ей всё от груди и ниже, после чего привёл в чувство, попутно подлечив глазные яблоки. Осознав себя неподвижной, и уже в качестве пленницы, дива нисколько не растерялась, и довольно мило попыталась улыбаться своими пухлыми губками. Первая фаза, самая простая, знакомство.

- Борис! – ткнул я себя пару раз в грудь, повторяя собственное имя. Потом указал на её бюст, добиваясь аналогичного представления. Вроде получилось, если не врала:

- Займа! – тогда я указал на другую диву, она и её назвала: - Кали.

Надо же, созвучно с богиней смерти, разрушения и ужаса! Или это случайное совпадение имён?

Но всё-таки прозвучали имена. А то, мало ли какие шутницы, эти местные лингвисты? А я ведь на грудь указывал. Ещё скажет слово, обозначающее на местном языке «сиськи», вот смеху-то будет. Но пока я продолжил:

- Значит так, Займа! Надо нам срочно договориться. Признавайся, ты меня понимаешь? – судя по мимике, не понимала.