Моя простая курортная жизнь 3 (СИ)

Чего лезешь-то? Последил бы лучше за своей звездой, пока она еще одну песню не написала, как ты ее хреново трахаешь!

— Чего сказал? — набычился тот.

— Ну а чего? — ухмыльнулся первый баклан и начал напевать: — «Смятые простыни, красные пятна, маме сказала гранатовый сок…»

О, смотрю здесь не только концертная программа, а еще и стендап. Хотя, не будучи фанатом Влады, эту песенку слышал даже я — и вся школа в придачу. Она так и называлась «Красные простыни». И целых три минуты под музыку наша певица сетовала, как ее плохо трахнули — в смысле, героиню ее опуса, — упрекая любовника в недостатке то ли чуткости, то ли опыта, то ли чего еще — под вот такой припев:

'…но я не буду плакать,

буду плакать,

не буду плакать,

буду плакать,

не буду плакать,

а-а-а…'

Причем «а-а-а» с каждым разом становилось все громче и надрывнее.

Не знаю, что она симулировала: либо истерику, либо оргазм — но от такого оргазма даже мне хотелось плакать, сочувствуя бедняге.

— Да я как услышал в первый раз, чуть не блеванул, — поделился впечатлениями Руслан.

— Так блеванул, что наизусть выучил… — проворчал его дружок.

— Ты вообще знаешь, кто такой лирический герой? Это исключительно выдуманный образ…

Ага, вот только Влада брала лирических героев исключительно из жизни. Так что, чувак, так просто не оправдаешься. Вон «Брошенка» на сцене все еще продолжалась. И я даже не понял, в какой момент ее бойфренд перестал быть ее источником вдохновения, и им стал я.

Ноздри внезапно прощекотал знакомый запах — чарующий цветочный аромат, который, как оружие массового поражения, поплыл по воздуху, заставляя мужиков всех возрастов оглядываться на вошедшую в зал Марианку.

Она была безупречна как и всегда, словно только покинула подиум — с идеальными формами, идеальными локонами, ангельски невинными глазами и дьявольски острыми ноготками, с легкостью способными довести какого-нибудь счастливчика до оргазма. Судя по реакции вокруг, среди всех местных красоток наша Венера была единогласно избрана самой-самой. Каждый удар ее тонких шпилек, казалось, сворачивал шеи в ее сторону — здесь бы Деда Мороза так не встретили, как этот ходячий соблазн, чьи трусики до сих пор лежали в моем смартфоне.

С тех пор Марианка мне больше ничего не писала и ничего не присылала, и я тоже так ничего ей не написал — просто время от времени рассматривал этот снимок, тренируя рентгеновское зрение, чтобы видеть сквозь ткань. Ну а что я напишу? Спасибо за фотку с бельем, а без него есть?.. Моя фантазия тут попросту не работала. Все-таки я уже отлично знал, что эта коварная красотка может пососать губы, потискать пах, заставить тебя сойти с ума, но кого она трахает — полнейшая загадка.