3
0
Я прекратил перебранку дарканок. Спросил, кто ещё недоволен сейшей Глассар…
Как только поднялся лес из рук, назначил выходное пособие каждому и написал хорошие рекомендации. Всё пришлось делать самому, потому как среди недовольных был Тамир.
Люди, конечно, не ожидали, что за моим вопросом последует их увольнение, расстроились, но я обнадёжил каждого, обещая пристроить слуг в хорошие дома Элерона.
Вообще этим занималось бюро по трудоустройству, которым заведовала семья Кайдена. Собственно, всю прислугу мне набирал именно он. Но сейчас, видимо, пришёл мой черёд «посмотреть себе под ноги».
В первые годы самостоятельной взрослой жизни я обходился без всего этого. Мне попросту было некогда.
Сразу после совершеннолетия и получения диплома боевого лекаря, отец отписал мне Элерон, наиболее запущенный городок, в котором не было никакой инфраструктуры. Одни рыбаки да грязные бедняцкие районы, которые отрезал от себя островок зажравшихся драконов, плевавший на нужны простых смертных с высокой колокольни. О каких слугах могла идти речь, когда я спал три часа в сутки!?
А потом, помимо Элерона, на меня через неделю рухнул весь Греидж, обобранный до нитки лордом Глассар, чтоб он провалился! Я охватил глобальные проблемы, искал наиболее выгодные решения, крутился, как белка в колесе, выстраивая дипломатические отношения с дельцами других провинций. Мне надо было спасать народ Греиджа! Я доверил нанять штат прислуги первому, кто бросился мне помогать. Этим драконом был отец Кая. А когда парень подрос, и он присоединился к нам.
Здорово выручили парни: Дарий, Райлан… даже Эван, который никак не желал сидеть на одном месте, путешествуя по всей империи. Лорд Мордред часто жаловался, что его сын не заточен под управленца, и тем не менее всегда улыбался, с гордостью глядя на своего сына. Я в такие минуты думал: «А кто под управленца заточен? Я?! Ни разу нет! Да только кто мне дал выбор?! Правильно — никто».
Греидж тонул в долгах, а я в свои двадцать шесть лет метался из одного гнезда в другое, стараясь призвать к совести драконов своей провинции. Кричал на отца. А тот только раздражённо отмахивался от меня. Ему мешали читать книгу! Конечно! И что же он сделал?! То же, что и с мамой — продал меня тому, кто больше заплатит за возможность породниться с правящим родом. А то, что этим кем-то стал тот, кто разорил нашу провинцию, отцу было плевать. Главное, что его больше не донимали возмущениями.
Я сначала смирился, потом увидел показатели совместимости с пятнадцатилетней «невестой»… Дальнейшие попытки уровнять свои шансы на хотя бы намёк на счастливую жизнь привели к тому, с чем я теперь имею дело.
Эта иная… Не знаю, какой Бог мне её послал, но я безумно благодарен ему.
