3
0Зажмуриваюсь и чувствую прикосновение горячих ладоней.
Впечатление, будто я стою на краю утёса, а внизу бескрайний океан, холодный и тёмный. Полный загадочных, хищных тварей. И меня насильно толкают к краю.
Шаг…ещё один…и ещё…
Я не иду вперед, Евгений меня разворачивает, но так как глаза я до сих пор не открыла, мне кажется, будто он меня толкает к обрыву.
— Не думай. Дыши, — даёт наставления. Выдыхает каждое слово мне в губы.
Против воли своё берет физиология, лёгкие работают без команды мозга. Тяну кислород, плотно смешавшийся с запахом парня, он обжигает дыхательные пути, потому что в нём сейчас присутствует аромат корицы и миндаля, кофе и чего-то мужского.
Теряюсь от наплыва различных ощущений. Паника, вот главный мой спутник в данный момент. Тяжело перебороть себя и не стряхнуть его руки, не оттолкнуть и сбежать. Стою истуканом, уговариваю мысленно себя, что я сильная, смогу выдержать всего лишь один поцелуй. Он ведь спас меня от Самсонова и вроде бы пытается помочь. Я задолжала парню намного больше чем поцелуй, но желание отшатнуться и пообещать отдать наследство настолько велико, что его не перекрывает голос разума.
Захлёбываюсь, отрешаясь от происходящего. Но тут же меня возвращают на грешную землю."
"Одним единственным прикосновением к моим губам…
Евгений задерживая дыхание, так же как и я, касается меня. Это даже не чмок, просто лёгкое прикосновение. Касание вскользь, как будто крылом бабочка задела.
Любая другая, наверное бы, и не почувствовала, но для меня это нечто новое. Абсолютно ни на что не похожее.
Раньше меня целовала мама, я помню это. Даже отец иногда баловал лаской, но память затёрлась. В ней остались только грубые, насильственные «ласки» монстра.
Стою с закрытыми глазами. Дышу рвано, через раз.
Прислушиваюсь к себе и своим ощущениям. На моём теле уже нет его рук и дыхание не смешивается с мужским, сознание не бьётся в конвульсиях.
Выплывая из собственного марева, слышу удаляющиеся шаги.
Евгений ушёл.
Поцеловал и ушёл…
А как ты понял???
Сказать, что у меня в спальне красивый потолок? Да, нет, обычный. Белый. Но я уже полчаса зависаю, рассматривая его, лёжа на кровати. Попутно размышляю о том, что учудил.
Идиот? Совершенно точно — да.
Тру лихорадочно ладонями лицо. Какой же я придурок.
Ада столько пережила, унижение, тяжкие телесные, изнасилование и я вишенка, блять, на торте.
Главное зачем? Что хотел-то?
Поцеловать…
Зачем, мать твою?
Сбилась первая установка — помочь и проститься. Появилась новая? Да хер его знает!
В какой-то момент где-то что-то надломилось. Даже не могу сказать в какой, если честно. Просто стоя перед ней, видя её растерянное, расстроенное лицо, захотелось что-то сделать. Исправить что ли, стереть эти жуткие эмоции.
