5
0Нам, чёрным драконам, не надо прикасаться к жертве, чтобы сделать ей больно — достаточно вытянуть руку и вообразить, что сжимаешь пальцами не воздух, а чьё-то горло.
— Если вы такие замечательные, а мы — нет, почему в Ирлигарде сидит не наш род, а ваш? — процедила я сквозь зубы.
Рик переменился в лице и явно хотел сказать что-то недоброе, но тут дверь распахнулась, и появился Хэг-Дааль. Один.
— Юного Ларк-Рильмана забрала с собой его сестра, благородная Ингерис, — пояснил глава квизари, аккуратно прикрывая дверь и занимая своё место за столом. — Я расспросил его.
— И что же? — волнуясь, спросила я.
По пути во дворец Рильман поведал нам с Риком странную историю. Якобы дракончик не собирался улетать из дома, и вообще тренировался в полётах на равнине, а вовсе не в горах.
— А почему тайком от родных, ночью? — не удержавшись, перебила я его. — Ты подумал, что отцу станет хуже, если он обнаружит, что тебя нет в замке?
Рильман потупился. Не думал, конечно, ни о чём таком он не думал!
— Я хотел полетать и вернуться, вот и всё! — оправдывался дракончик. — И на равнине безопасно. Не хотел я в горы, меня туда кто-то отнёс и в пещере оставил!
— Как это — отнёс? — резко спросил Рик. Дело становилось интересным!
Юный Ларк рассказал нам, что к нему подкрались и ударили по голове. На равнине шумел ветер, и в его свисте Рильман не услышал, как подлетел другой дракон — кто бы это ни был, — и даже цвет крыльев того не разглядел.
— Мне на голову будто валун упал, — плаксиво скривил губы дракончик. Он держался на спине Рика уверенно, но ещё не оправился от пережитого.
— Потом я уже в пещере очнулся. Смотрю: ранен и связан какими-то… верёвками. Или не верёвками, зелёные они были… и тугие. Как растения, — Рильман поёжился, и точно не от холода. — Потом верёвки пропали… я так понял, что они были магические.
Выслушав его, Рик коротко велел:
— Расскажешь всё Хэг-Даалю."
"И вот теперь мы с нетерпением смотрели на главу квизари. Не знаю, что думал Ассту, но я была уверена, что здесь дело нечисто. Кому мог помешать единственный сын больного, прикованного к постели Ларк-Ильги? Может, очередные козни серых? Я покосилась на Рика, и мне в голову пришла совсем уж невероятная мысль: что он сам всё это провернул, чтобы сразу выслужиться перед Хэг-Даалем, показать себя ценным квизари…
Да ну, глупость какая!
— Вижу, вам не терпится начать расследование, — улыбнулся тем временем Хэг-Дааль, но как-то вымученно, без обычного мягкого блеска в синих глазах. — К сожалению, всё, что живописал юный Рильман — его фантазии.
— Фантазии? — эхом переспросила я.
Хэг-Дааль кивнул, вытянув перед собой руки на столе и сцепив пальцы вместе.
