6
0Зато третья дверь оказалась заперта, а это уже значило, что за ней скрывается нечто интересное!
С помощью магии я сотворила плотную иллюзию подходящего ключа и открыла комнату. Да, это была сокровищница.
Внутри я и правда обнаружила не так много артефактов; свой, выявляющий истинную суть вещей, я нашла довольно быстро и повесила на цепочке обратно на шею.
Мой взгляд скользил по жезлам на подставках, скромным и тусклым на вид камушкам в шкатулочках, а затем перешёл от совершенно обыкновенных, казалось бы, песочных часов к плотно запечатанному пробкой сосуду. Э, нет, простым разглядываньем тут не обойтись!
— Сейчас я узнаю вашу суть, — сказала я артефактам, по очереди направляя на каждый из них свой камушек. На десятом артефакте я невольно вскрикнула: какая это была невиданная, замечательная вещь! Да я же знаю, для чего она может пригодиться!
В коридоре раздались лёгкие шаги. Я схватила чудесный артефакт и дрожащей рукой спрятала к себе за пазуху; успела сделать это как раз вовремя перед тем, как дверь распахнулась.
И в меня полетели зелёные путы.
Я увернулась. А затем вскинула руки, творя иллюзии, в которых и запутались волшебные верёвки. Ингерис, стоявшая на пороге, с искажённым яростью лицом взмахнула рукой, и меня чуть не обожгло пламенем. Еле увернулась.
— Сдавайся! — взвизгнула Ингерис, выпуская в меня новую порцию зелёных верёвок. Но вместо того, чтобы отражать удар, я выстрелила огненным шаром прямо по её очкам.
Раздался страшный крик. Путы сомкнулись вокруг меня и тут же распались. Завоняло гарью, когда они рассеялись в воздухе.
Я закашлялась, жмурясь от едкого дыма и слыша стоны Ингерис. Стало страшно: неужели я смертельно ранила её? Подождав, пока дым рассеется, я приблизилась к противнице. Та лежала на полу, закрывая лицо руками; рядом валялись обугленные, никуда не годные очки.
— Ингерис! — позвала я. Она отняла руки от лица и уставилась в мою сторону мутным, ничего не видящим взглядом. С облегчением я обнаружила, что глаза у этой негодяйки целы, только кожа вокруг красная, и брови обожжены.
— Ты ослепила меня! — Ингерис зарыдала. — Теперь убьёшь, да? Или пытать начнёшь?! Лучше сразу убей, слышишь, убей меня!
Я поморщилась от её плаксивого голоса.
— Не собираюсь ни пытать, ни убивать тебя. Если будешь вести себя смирно. В отличие от тебя, я всё вижу и слежу за твоими руками. Скажи, как ты могла так поступить с родным братом Рильманом? Ударить его, связать и оттащить в горы? Неужели только затем, чтобы выполнить распоряжение Хэг-Дааля… ты что же, влюблена в него?
Лицо Ингерис исказилось злостью.
— Хэг-Дааль богат, он глава рода! Если б я вышла за него замуж, знаешь, как это возвысило и обогатило бы род Ларк! Что до Рильмана… мальчишка стоит между мной и наследством.
