2
0Завтра будет тяжёлый день, беготня, драки, две перестрелки, поножовщина и прочая рутина. Выпей молока и шагом марш к себе в комнату.
Я давно успел понять, когда с учителем стоило спорить, а когда лучше беспрекословно подчиниться. Стакан подогретого молока уже стоял на подносе у дворецкого. Я выпил его в четыре глотка (молока, разумеется, не Шарля), поблагодарил, пожелал всем «доброй ночи» и отправился к себе. В голове бродило множество самых разных мыслей.
Кажется, всё-таки стоит увеличить толщину резины на моей электрической дубинке? Что имел в виду Лис, говоря о рутине? Это такая вот у него рутина, да? Или меня он тоже беззлобно троллит? То, что мне купили новую одежду и это было обставлено как подарок… так следует ли из этого, что нужную сумму вычтут из моего жалованья? А оно вообще-то у меня есть? Нет, понятно, что определённую сумму в полкроны в неделю должна получать моя пьяная бабка, но это же не мои деньги, верно? За дело мисс О’Доннелл нам, разумеется, никто не заплатил.
Вот из-за всей этой кучи неразрешимых вопросов я и не смог заснуть сразу, а когда наконец уснул…
— Майкл! Вниз! Живо!!! — прогремел на весь дом стальной голос моего наставника.
"Меня буквально выбросило из кровати, и, как был в ночной рубашке, я кубарем скатился по лестнице в гостиную. Встав на ноги и бросившись в прихожую, я застал там страшную картину. На кафельном полу лежало тело человека, несчастный ещё бился в судорогах, а под ним натекла приличная лужа крови.
— Что случилось? Кто это? Он же не…
— Он самый, мистер Уэкс, секретарь и помощник сэра Раджива Капура, — резко обернувшись, ответил Лис. — Видимо, ему всё-таки захотелось чем-то с нами поделиться, раз он прибежал сюда ночью. И был зарезан, едва коснувшись дверного молотка.
У меня на мгновение пропал дар речи. Всё происходящее выглядело как-то слишком неестественным. Мистер Уэкс вздрогнул в последний раз, и его тело обмякло.
— Вот, держи! Дуй как есть на угол улицы к мосту, там всегда дежурят два полисмена. Передай им записку и пулей обратно. Справишься?
— Д-да, да, сэр.
Я с трудом подавил рвотный рефлекс и, осторожно обойдя лужу крови, выскочил из дома.
Туман глушил свет газовых фонарей, но до перекрёстка было всего ничего, меньше квартала. Через минуту я разглядел силуэт полицейского, подбежал к нему и отдал стражу порядка записку от месье Ренара. Видимо, он знал Лиса, потому что сразу дунул в свисток, призывая товарища.
