0
0
— Добрый день, джентльмены! Прекрасная погода, не правда ли?
Вошедшие вслед за дворецким массивный седой мужчина лет пятидесяти, при густых усах и бакенбардах, в строгом костюме, а с ним «близкий к природе», крепко сбитый, мускулистый доберман, в шотландской клетчатой накидке и спортивных трико, встали у нашего стола.
— Я как раз завтракаю, не желаете ли омлет или тосты с огурцом? Нет? Тогда позвольте мне представить вам моего нового секретаря, слугу, помощника, делопроизводителя и секунданта Майкла Кроули! Разумеется, в реальности его зовут иначе, но когда и где это имело хоть какое-то значение?
Он рассмеялся, словно бы приглашая остальных последовать собственному примеру.
— У нас серьёзное дело, — сухо начал инспектор Скотленд-Ярда. — Поговорим наедине.
— Можешь сесть, мой мальчик, — приветливо кивнул мне месье Ренар.
— Без мальчишки, — сквозь зубы прорычал сержант.
— Дворецкий проводит вас, джентльмены, — безмятежно пожал плечами мой учитель, в его голосе ни на секунду не прозвучало ни обиды, ни раздражения.
— Шеф сказал — наедине, дело серьёзное! — Нервный доберман едва сдерживал рычание. — Мы тут не шавки подзаборные, и если к тебе, рыжий, обращается сам инспектор…
Лис столь откровенно зевнул, что хруст челюстей, наверное, был слышен на улице, и так широко распахнул пасть, что все туда невольно заглянули. Даже Шарль, честное слово!
— Хорошего дня, джентльмены, — с благородной грацией поклонился мой наставник.
— Ах ты, мерзавец, клянусь говяжьими потрохами, я выбью из тебя…
— Заткнитесь, Гавкинс, — медленно произнёс инспектор, сам весьма похожий на усталого английского бульдога."
"Доберман замер с распахнутой пастью в каких-то двух-трёх дюймах от шеи Лиса. Ни дворецкий, ни мой учитель даже не шевельнулись, но вот лично я подобные фокусы видел впервые…
— Прощу прощения за горячность моего сотрудника. Дело действительно серьёзное. Речь идёт о серийном убийце. Наше собственное расследование зашло в тупик, и если вдруг каким-то чудом ваш совет мог бы помочь полиции Лондона… вы знаете, мы всегда отплачиваем услугой за услугу.
— Шеф, но он же борзеет на глазах!
— Гавкинс.
— Сэр?!
— Я вынужден повторить, заткнитесь.
— Инспектор?
— Мне повторить?!
— Нет, сэр, — опустив голову, сдался доберман.
Но его взгляд при этом полыхал всеми оттенками пламени преисподней. Это выглядело впечатляюще и жутковато. По крайней мере, для меня, но Лис, похоже, не боялся никого и ничего.
