0
0Мы начинаем учить детей письму, когда им исполнится семь.
— А Кристоф?
— Он старше её на полтора года, и уже начал изучать буквы.
— Но смог бы он написать несколько предложений? — Моррис ещё раз пробежал глазами записку.
— Я понимаю о чём вы, — качнула головой Лилиет. — Полагаю, ему помог кто-то из старших детей.
— Постарайтесь выяснить кто.
Матушка ушла, и Яна с Моррисом, быстро собравшись, тоже вышли из дома. Они взяли экипаж и по дороге обсуждали, как лучше поступить.
— Насколько хорошо ты чувствуешь дамарийскую связь с Жанетт через браслет? — спросила Яна то, что волновало её больше всего. — Можешь понять, где она сейчас находится?
Это бы решило все проблемы. Именно туда бы они и направились.
— Я не чувствую связи. У меня больше нет дамарийской сущности и дамарийского чутья."
"Моррис сказал это спокойно и безэмоционально, но у Яны защемило сердце. В который раз она пожалела, что переняла у него дамарийское проклятие, а с ним и дамарийскую сущность.
— Но ведь ты сказал Лилиет, что Жанетт в безопасности и ты это почувствовал.
— Нужно же было успокоить Матушку. И потом, хоть я и не чувствую связи, но я знаю, что Жанетт в безопасности, — Моррис улыбнулся. Складка, залегшая между бровей с того момента, как Лилиет сообщила тревожные новости, разгладилась.
— Уверен? — с надеждой спросила Яна.
— Если бы ей что-то угрожало, ты бы себе места не находила. Не могла бы спокойно разговаривать со мной, улыбаться, завтракать. Тебе бы было сильно не по себе.
Яна поняла, что хочет сказать Моррис. Теперь дамарийская связь с Жанетт у неё. Теперь она должна была бы что-то почувствовать, если бы с ребёнком было что-то не так. Яна могла бы и сама до этого додуматься, но, видимо, сильная тревога лишила её способности анализировать.
— Научи меня пользоваться этой связью. Как мне ощутить, что сейчас с Жанетт?
— Просто мысленно представь её. Заговори с ней. Спроси, не тревожит ли её что-нибудь.
Яна постаралась отключиться от внешнего мира, закрыла глаза и нарисовала в воображении образ Жанетт. Малышка была серьёзной и сосредоточенной, но не грустной. Не похоже было, что у неё что-то болит или ей угрожает опасность, просто она о чём-то размышляет.
Яна позвала её, попробовала заговорить, но Жанетт не реагировала — жила в воображении Яны собственной жизнью.
— Я чувствую, что с ней всё хорошо. Но на мои вопросы она не отвечает.
— Связь слабая. Если бы ты какое-то время сама носила браслет, прежде чем его стала носить Жанетт, связь была бы явственнее.
Да, тот браслет Яна не то что не носила, а даже не прикасалась к нему. Ей оставалось только пообещать себе, что когда малышка найдётся, она придумает, что сделать, чтобы укрепить связь.
Экипаж остановился возле ратуши.
