Мне нужна жена! Что значит, вы подумаете?!

— Мы будем ужинать у тебя? — удивилась она, выбравшись наружу.

Сначала ей подумалось, что экипаж остановился здесь, потому что Моррису нужно что-то захватить из дома.

— Я хотел, чтобы наш ужин проходил в романтическом месте, — он повёл её ко входу. — А так получилось, что самое романтическое место Трэ-Скавеля — это терраса моего особняка.

Хитрый викинг.

Аллейка, которая вела к крыльцу, утопала в зелени акаций. И почему-то Яне вспомнился старый-престарый романс, который очень любила одна из пожилых педагогов интерната. Белой акации гроздья душистые ночь напролёт нас сводили с ума…

Лиричные строчки, неожиданно всплывшие в памяти, безусловно, добавляли этому месту романтичности. Поэтому Яна решила: уж так и быть, поверит, что Моррис не лукавил, когда заверял, что более романтичного места в Трэ-Скавеле не существует.

Уютный холл первого этажа был заставлен цветущими растениями в кадках. Пол покрывал бежевый длинноворсный ковёр. Ковёр Яна помнила с прошлого раза, а растения — нет. Будет думать, что Моррис специально добыл их ради неё, чтобы усилить впечатление романтичности.

Из холла он провёл её в комнату отдыха с панорамными окнами, сердцем которой был камин. Ох уж эти камины. Яне вдруг вспомнился тот, что красовался в особняке Юлиана. И сразу подумалось, что ситуация повторяется. Они опять с Моррисом вдвоём в пустом доме. И мысли побежали дальше — такие смелые, что Яна их испугалась.

— Растопить? — губы Морриса тронула лёгкая улыбка.

Его взгляд метнулся с камина на Яну и замер, мгновенно сделавшись серьёзным. Ей сразу стало понятно, что он тоже вспоминает другой камин и ту ночь. Щёки Яны вспыхнули румянцем.

— Не сто́ит. Здесь тепло, — поспешила ответить она.

Откуда-то взялась лёгкая паника, для которой не было ни единой причины.

— Ужин накрыт на террасе, — Моррис распахнул стеклянные двери.

— Я сейчас. Где можно помыть руки?

— Ванная там, — он кивнул на боковую дверь.

Яна моментально скрылась за ней.

Моррис проводил её взглядом. Сбежала. Его отважная трусиха. Он, конечно, заметил, как смутило её воспоминание о той ночи. Чего она испугалась? Того, что Моррис будет настаивать на повторении? Усыпит её бдительность романтической атмосферой, вскружит голову лепестками роз и ужином при свечах? Увлечёт волнующей беседой? И предложит ей на десерт любовь у камина? Ничего подобного он не планировал…

Ложь! Да его мысли только этим и были заняты. Он втайне надеялся, что сладкие мгновения их близости сегодня повторятся. С той минуты, как это случилось первый раз, он жаждал ощутить огонь её тела снова. Он грезил об этом днями и ночами. Мысленно он совершил это уже сотни раз. Она стала его наваждением. Он желает её так сильно, как не желал ничего в своей жизни.