Моя дочь от тебя

А теперь я собираю этот чемодан, чтобы отправиться в обратный путь, снова обманутая, преданная и использованная…"

"Для Анюты будет стресс ездить туда-сюда, но что поделать, если ее отец до того изранил мне сердце и душу, что оставаться тут я больше не могу? Придется мне как-то ей донести необходимость нашего переезда обратно в квартиру бабушки.

Не было от Баженова помощи все эти годы, и сейчас тем более не нужно.

Справимся и сами. Не впервой.

Закинув очередную блузку, я вдруг остановилась посреди комнаты, с тоской глядя на чемодан.

Наверное, Баженов так сразу меня не отпустит.

Я снова села на кровать и закрыла лицо руками.

Я понимаю, что замену мне нужно найти, но… Как я буду смотреть на них с Еленой?

Мое и без того настрадавшееся сердце этого просто не вынесет.

Что же мне делать?

Я же не могу сказать ему, что хочу уйти просто потому, что люблю его, бесчувственного чурбана, и не могу смотреть на то, как этот бесчувственный чурбан растекается влюбленной лужицей при виде бывшей?

Никаких иных причин для столь скоро ухода я назвать бы не смогла, а врать не умею.

Я отняла руки от лица и уставилась в зеркало напротив кровати.

– Значит, Алина, придется потерпеть, пока замену тебе не найдут. Ты не должна признаваться в своей боли. Баженов не узнает истинной причины твоего ухода и о твоей глупой любви. Ты всё вытерпишь, ты сильная. Ради Анюты.

Решение переговорить с Сашей уже завтра было принято.

Я уйду. Когда меня отпустят и найдут мне замену.

Смирюсь с тем, что этот мужчина никогда моим не станет. Мой удел оказался – две случайные ночи, и на этом всё.

Я уйду и забуду о нем снова. Ведь жила же я как-то без него несколько лет? Опять научусь.

Не сломить тебе меня, Баженов, не сломить.

Что ж… Пожелаю им счастья, Максиму – здоровья, и отправлюсь своим путем дальше.

О том, что буду говорить завтра Александру, решение тоже было принято. Осталось дождаться утра…

Утром после бессонной ночи я как могла привела себя в порядок, чтобы следы моей бессонницы не так бросались в глаза, а внизу столкнулась с Сашей, и даже вздрогнула от неожиданности.

– Доброе утро, – сказал мне Баженов, стоя в холле уже одетым к выходу.

– Доброе утро, Александр Николаевич, – вежливо отозвалась я.

– Мы снова на “вы”? – поднял он брови.

– И только так отныне, – кивнула я, вздернув подбородок. Унижаться перед ним и выпрашивать кусочек любви я больше не стану. Вот и слишком личное общение нам ни к чему. Даже несмотря на то, что у нас растет общая дочь.