4
0
Он продолжал улыбаться, а Ася продолжала таять.
– Тогда договорились.
– Договорились.
– У тебя хороший запас продуктов, – Ася была рада, что они начали говорить. Обедать в молчании – дать волю фантазиям.
И страхам. Затаившимся. Выжидающим.
– У меня есть ещё кладовка. Там тоже много чего интересного можно найти.
– О. Даже так?
– Ага.
– То есть ты едешь в магазин и сразу же скупаешь его полностью? – Ася не заметила, как ступила на опасную тропу.
Мальчишеский задор уступил место холодной стали в серых глазах.
– Можно и так сказать. В город выбираюсь редко, – сухо проговорил мужчина, давая понять, что не стоит продолжать данную тему.
Ася намёк поняла. Нахмурилась. Вот почему с ним так всегда? Только-только начнет оттаивать, превращаться в настоящего человека и – бац! – снова перед тобой находится непробиваемый истукан.
Стало обидно. Не будет она больше перед ним распинаться! На сегодня достаточно.
Ответить что-то колкое в ответ не успела. Ионов начал подниматься.
– Спасибо за обед. Было очень вкусно.
Коротко. Официально.
Ася кивнула и, как он минутой ранее, скрестила руки на груди. У неё тоже есть характер! Хреновый, правда, но есть! И иногда она его умеет демонстрировать.
– Не за что, – в тон ему бросила она.
Больше мужчина ничего не сказал. Развернулся и вышел.
* * *Поднявшись к себе в кабинет, Матвей первым делом убрал глушилки. Необходимо проверить электронную почту.
Было три непрочтенных письма. И все от заказчиков, двое из которых были новые. Приятная мелочь. Значит, ближайшие месяцы Матвей будет занят, что не могло не радовать. Он не любил бездельничать.
Просмотрев письма, решил, что ответит на них ночью. У Ионова было правило – не выключать глушилки более чем на пять минут.
Обычно за это время он успевал просмотреть всё, что ему требуется.
Сегодня события развивались немного иначе.
Посмотрев на синий экран монитора, где чудная картинка показывала ему золотистый берег, пальмы и ласковое море, он, чертыхнувшись, всё же запустил программу, которой не пользовался больше года.
База Центра.
Ага, ребята, обломайтесь. Несмотря на то, что он вышел из дела, Матвей предпочитал быть в курсе того, что происходит в Центре. Не честно? Не этично? Помилуйте, кто будет говорить об этичности там, где льется кровь?
А он не хотел, чтобы в его доме с маленькой гостьей произошло несчастье или полилась её кровь.
Вспомнилось, как она раздраженно поджимала губы, когда он говорил явно то, что она не ожидала услышать. Красивые такие губки. Чуть полные. Розовые. Сладкие, наверное.
Матвей с силой нажал указательным и большим пальцами на глаза, прогоняя наваждение.
Ты, кретин долгонетрахающийся, для чего сюда пришёл? За инфой. Вот и получай её, а не думай о каких-то губках.
Кхм… А губки бывают разные.
