4
0
Сказал, а сам не торопился произносить их вслух.
Ася занервничала. Разговор получался трудный. Ни она, ни он не спешили открываться.
– И какие?
– Ты мне в мельчайших подробностях рассказываешь, что уже успела обо мне узнать. И не надо делать невинно-удивленное лицо! – неожиданно рыкнул он. – Знаю я вас, интуитов… Не успеете оказаться на чужой территории, как вторгаетесь в личную жизнь владельцев!
Асю поразило не его условие. А та ненависть, что вспыхнула в его голосе при слове «интуит». Точно он произнес что-то грязное, неприятное.
И ведь он прав, ничего в свое оправдание не скажешь. Асе стало стыдно.
Девушка тихо вздохнула.
– Я могу видеть прошлое, прикоснувшись к вещам хозяев. То, что было. То, что будет – нет, – она говорила скупо. Несмотря на то, что за последние месяцы ей приходилось ни раз и не два говорить о своем даре – или проклятье? – она чувствовала себя паршиво.
Ионов выслушал, но говорить что-то в ответ не спешил.
Ася тоже молчала.
– И это всё?
– Да. А что ещё можно сказать про мои способности? Говорю же, вижу только прошлое, дотрагиваясь до предметов. По ним могу воссоздать картину событий. Но для этого, правда, надо много вещей.
– Как возникают видения? Спонтанно? Или ты прилагаешь усилия, чтобы их увидеть?
Он знал, о чем спрашивать.
– В девяносто девяти процентах прилагаю усилия, сосредотачиваюсь. Очень редко видения приходят сами.
Ионов медленно кивнул, не отрывая от её лица колючего взгляда.
– Дальше.
Ася выпрямила спину. Он желал знать про себя.
– Я видела, как ты занимаешься спортом и как застилаешь кровать, – выдохнула быстро и приготовилась к негативной реакции.
Её не последовало.
Ионов снова молчал. И это молчание опустилось на плечи Аси стопудовыми гирями.
– Значит, так. Я не доверяю интуитам. Ради Лёхи попробую поверить тебе. Я хочу, чтобы ты здесь и сейчас пообещала мне, что ни при каких обстоятельствах больше не будешь вторгаться в мою личную жизнь. Моё прошлое оставим мне. Я не желаю, чтобы кто-то копался в нем. Понятно выражаюсь?
Ася от напряжения едва не заскрежетала зубами.
– Понятно.
Брови мужчины снова скользнули вверх.
Черт!
– Извини, да, конечно, я обещаю. Я… не буду. Мне не доставляет удовольствия видеть чужую жизнь. Ты, конечно, мне можешь не верить, но я предпочитаю жить своей жизнью.
Ответом послужила насмешливая ухмылка. Ионов всем видом показывал, что её слова не произвели на него впечатления.
Внезапно Ася разозлилась. Какого черта она ведет с ним беседу? Откровенничает? Пытается загладить вину? Не проще ли всё прекратить разом?
– Нарушишь обещание, выпровожу вон, – глухой тон мужчины ворвался в её сознание.
И Ася сорвалась:
– Я готова хоть сейчас уехать.
Тяжелый взгляд из-под насупленных бровей пригвоздил ее к месту."
"– Я думал, ты умнее.
