1
0Атлас рассказывала о Касторе одной только мне, да и то в — немногих словах, и делала это на разных приемах и общественных мероприятиях. — Энтони помолчала немного, потом опять перегнулась через стол и заговорила еще тише: — Приказано его каменировать и спрятать тело, если это возможно. Если невозможно — убить его.
Кэрд слегка вздрогнул, потом вздохнул:
— Я знал, что когда-нибудь до этого дойдет.
— Мне это отвратительно, — сказала Тони. — Но этого требует общее благо.
— Благо иммеров, ты хочешь сказать.
— Не только. Кастор безнадежный маньяк и представляет опасность для всех, кто попадется ему на пути.
— Я никогда еще никого не убивал.
— Но ты способен на это. И я способна.
Кэрд потряс головой:
— Да, так показали наши психотесты, но они ведь не на сто процентов точны. Я узнаю это, только когда должен буду сделать — и, возможно, не смогу.
— Сможешь. Ты поймаешь его и сделаешь то, что должен будешь сделать. Послушай, Джефф…
Она положила ладонь на его руку и посмотрела ему в глаза. Он замер.
— Я… — Она прочистила горло. — Я получила сегодня решение совета… насчет Ариэль. Мне жаль, искренне жаль, Джефф.
— Ей отказано!
Тони кивнула:
— Они говорят, что она слишком нестабильна. Психопроекция показала, что она чересчур обременена социальной ответственностью. Рано или поздно она сломается и выдаст все властям. А если не сделает этого, то ее ждет психический срыв.
— Они не могут знать этого наверняка, не могут, — бормотал Кэрд.
— Вероятность достаточно велика. Они не вправе рисковать.
— И апеллировать сейчас бесполезно, — хрипло заметил он. — Не тот случай. Скажи мне — это решение окончательное или можно снова к ним обратиться через пять лет? В конце концов, Ариэль только двадцать.
— Можешь тогда попытаться еще раз. Однако психопроекция…
— Довольно, — сказал он. — У тебя все?
— Прошу тебя, Джефф. Не так уж все плохо. Ариэль вполне может быть счастлива, и не будучи иммером.
— Ариэль, но не я — только это, полагаю, значения не имеет. Сначала они отвергли Озму, теперь — Ариэль.
— Ты же знал, становясь иммером, что такое возможно. От тебя ничего не скрыли.
— Ну, теперь-то у тебя все?
— Давай, Джефф — убей гонца, принесшего дурную весть.
Он погладил ее руку:
— Ты права, а я нет.
— И за себя тоже.
— Да. Можно мне теперь уйти?
— Да. Ох, Джефф, только не плачь!
Он достал из сумки платок и вытер слезы.
— Наверное, тебе сейчас лучше побыть одному, Джефф.
Она встала из-за стола, он тоже. Он пропустил ее вперед, поскольку она была выше по званию. Когда она остановилась, чтобы кассир мог вложить счет в ее опознавательный диск, он прошел к выходу, сказав тихо:
— До встречи, Тони.
— Не забывай докладывать, — сказала она ему вслед.
