1
0Кикаха так и не придумал ничего существенного к тому времени, когда его перенесло в рекреационный зал. Он очутился в глухом каменном помещении без выходов — если не считать врат, доставивших его сюда, — которое вентилировалось через узкие прорези в стенах. Пятьдесят футов в высоту и в ширину, полмили в длину. В каждом конце — душ, фонтанчик, унитаз и воздушная сушилка.
Кикаха разогрелся, сделав несколько упражнений, потом пробежал вокруг зала миль пять, снова позанимался гимнастикой, напился, встал под душ, высушился и тут же оказался посреди круга в клетке.
На третье утро Кикаха спросил Дингстета, что тот собирается с ними делать дальше.
— Вы останетесь в клетках, пока не убьете сами себя или не погибнете от несчастного случая, хотя я не представляю себе, какой несчастный случай может с вами тут произойти.
Когда ураган протестов затих, наступила гробовая тишина.
— Значит, мы останемся здесь навечно, — наконец проговорил Вематол.
— Вечность — всего лишь философская концепция, — сказал Дингстет. — На самом деле ее не существует.
— Да мы же здесь рехнемся! — не выдержал Кикаха.
— Вполне возможно. Но на длительность вашего заточения это не повлияет.
— Почему ты так обращаешься с нами? — с трудом сохраняя спокойный тон, спросил Кикаха.
— Я должен выполнять команды Зазеля, хотя и не знаю, почему он так распорядился. Думаю, когда хозяин отдавал мне приказы, он еще не знал, что покончит с собой. Теперь он мертв — но его повеления живы.
Кумас потерял сознание. Вематол выплеснул на Дингстета весь свой обширный запас ругательств и оскорблений, а когда исчерпал его, то начал по новой.
Позже Кикаха осознал, насколько вывихнутой была его логика. Но в тот момент она казалась ему вполне нормальной. И в самом деле — что может быть естественнее для человека, чем превратиться в обезьяну!
Глава 18
К утру он совершенно пришел в себя. Вспоминая вчерашнее, Кикаха решил, что быть обезьяной довольно забавно.
