Мера бытия

 — Толкайте в другую сторону. — Он обернулся к фельдфебелю: — Они что, идиоты?

Тот пожал плечами:

— Вполне может быть. Никто не знает, что у русских на уме. Дикая, непонятная страна. Хороший русский — мёртвый русский. — Щелчком он отбросил в снег окурок и замахал руками: — Эй, не туда! Обойдите машину с другой стороны!

Вернике не сразу понял, что произошло и куда исчезли русские, но машина вдруг взревела и на бешеных оборотах рванулась вперёд.

Он по инерции ринулся вслед:

— Стой!!!

В уши плеснули автоматные очереди, истошные крики охранников, многоголосый вой из глоток военнопленных. Юркнув за поворот, машина исчезла из вида, а Вернике в сердцах пнул сапогом валун и взвыл на всю округу:

— Чёрт возьми! Из-за этих уродов меня теперь сошлют на передовую!

* * *Полуторочка, родненькая, любименькая, знакомая до последнего винтика и проводка!

Руки Сергея словно прилипли к рулю, который слушался его с полуоборота. Он вдавил в пол педаль газа. Груза было немного. Сергей навскидку мог сказать, что килограммов двести, не больше.

Машина не шла — летела.

Сергей жадно вбирал в себя запах бензина, стук клапанов, отблеск солнца на лобовом стекле — весь тот особый шофёрский мир, который накрепко въелся в кожу после Ладоги. Проскочив с пяток километров, Сергей остановился у перекрёстка и посмотрел на Ненашева и Ваню. Они оба были бледные, с лихорадочным румянцем, словно бы не ехали в кабине, а бежали своим ходом.

— Куда теперь?

Ненашев собрал лоб гармошкой:

— Прямо — наверняка патруль, а куда просёлочная дорога — не знаю.

— Туда и поедем.

Сергей направил машину в просёлок, не обращая внимания на засыпанную снегом колею. Было видно, что ею давно не пользовались. На Ладоге и не по таким трактам приходилось ездить.

— Эта дорога на лесозаготовки, — вдруг вырвалось у молчавшего до этого Вани. — Я ведь местный, не солдат. Меня фрицы в лагерь загребли, как заложника. Там дальше вырубка будет, а потом тупик и озеро. Я сам здесь не хаживал, только по батяниным рассказам помню. Он лесорубом работал.

— А за озером?

Ваня расширил глаза:

— Не знаю, но там леса на много вёрст.

Он сыпал слова горохом, прерываясь, чтобы шумно набрать в себя воздух. Нервничая, он то хватал за рукав Сергея, то клал дрожащие руки себе на колени.

Ненашев тем временем деловито осматривал кабину. Проверив автомат с полным рожком патронов, довольно хмыкнул:

— Не дрейфь, мужики, оружие есть, будем отстреливаться. О, и гранаты!

Он вытащил из ящичка несколько немецких гранат-колотушек, по одной раздал Сергею и Ване, а остальные сунул себе за пазуху.

Машина шла неровно, качая бортами. Сергей подумал, что немецкий грузовик здесь бы не прошёл. Если только танк. Но не будут же фашисты посылать за ними танк. Мысли неслись с бешеной скоростью.