МИ (Цикл)

— И, хотя чары исчезли, духи наших предков будут терзать нас, если мы вот так просто передадим это знание любому замызганному посетителю, который им заинтересуется! Мы очень осторожно относимся к допущенным сюда ученым извне.

— Мы здесь, чтобы помочь, — сказала Никки.

— И не такие мы и замызганные, — добавил Натан.

— Я не чужеземка, — настаивала Тистл. — Однажды, год назад, я наблюдала за вами, а вы меня даже не заметили. Я единственная выжившая из Верден-Спрингс.

— Никогда не слышал об этом месте, — пробубнил пастух.

— Это потому, что вы никогда не выходили из этих каньонов, — сказала Тистл.

— Остальная часть мира исчезает, пока вы прячетесь здесь. Все умирает, а вы даже этого не знаете.

Никки положила руку на плечо девочки, успокаивая ее.

— Мы пришли сюда, чтобы помочь. Если у меня будут нужные сведения, возможно, я смогу найти способ остановить вашего врага.

— И вернуть зеленую долину, — вставила Тистл. — Эти трое могут это сделать.

Все повернулись, видя группу облаченных в мантии ученых, спешивших к ним из архива с высокой крепости. Толпа фермеров принялась одновременно тараторить:

— Саймон, эти люди пришли с той стороны.

— Эта девочка привела их. Говорит, что она из места под названием Верден-Спрингс.

— Она — колдунья, а тот — волшебник.

— И пророк.

— Виктория, смотри, это колдунья!

— Им нужны наши знания, они хотят заглянуть в наши архивы…

— Нам ведь нужны были новые ученые?

Пока Никки пыталась разобрать что-либо в этой болтовне, один мужчина шагнул вперед, — очевидно, главный.

— Я Саймон, старший ученый-архивариус Клифуолла. Я руковожу каталогизацией знаний, сохраненных здесь мудростью древних.

Натан поднял брови.

— Старший ученый-архивариус? Ты выглядишь довольно молодым для этой работы.

Саймону на вид было чуть за тридцать, его густые каштановые волосы торчали непослушными клочками, поскольку у мужчины явно не было желания заботиться о себе. Его подбородок и щеки покрывала жиденькая бороденка.

— Я достаточно взрослый для своей работы, а начинал ее молодым. Меня привезли сюда двадцать лет назад как одаренного знаниями, с одного из городков долины.

— Пелена маскировки исчезла лишь пятьдесят лет назад, — сказала почтенного вида женщина, которая заняла свое место рядом с архивариусом — Виктория, предположила Никки.

Ей было за шестьдесят; свои побеленные сединой каштановые волосы, связанные в косу, она смотала в спираль вокруг головы. На гладком лице женщины признаки морщин были заметны лишь вокруг глаз, а округлые щеки пылали здоровым розовым цветом. Ее теплый голос, с шероховатыми краями, звучал для Никки как голос доброй бабушки из детской сказки.