Бэннон был поражен, хотя волшебник помахивал мечом явно без злобы и делал это нарочито медленно, чтобы смущенный молодой человек имел шанс уклониться.
— Прекрати, Натан! Что ты делаешь?
— Пытаюсь тебя пробудить.
Волшебник взмахнул мечом вновь, на этот раз более настойчиво.
Бэннон отскочил в сторону, нащупав рукой Крепкий в ножнах.
— Я не хочу с тобой сражаться.
— Очень жаль, — сказал Натан, подходя к нему. — Когда ко мне приближаются враги, жаждущие крови, я всегда даю им понять, настроен ли я на бой. Это очень важно. — Он снова замахнулся и Бэннон вскинул меч, чтобы с громким звоном встретить удар.
Никки точно знала, что делает Натан, хотя она также понимала апатию молодого человека. После того, как Бэннону пришлось столкнуться с фактом, что его тоска по прошлой жизни была не более чем глупая фантазия, он стал похож на корабль, брошенный на произвол судьбы без штурвала и парусов. Никки много лет строила щиты вокруг своего разума и сердца, но Бэннон был еще слишком молод."
"Натан удивленно вскрикнул, когда его противник контратаковал, рассекая клинком воздух.
— Так-то лучше, мой мальчик! Я хочу быть уверен, что ты сможешь справиться, если на нас снова налягут монстры.
Натан не думал сдаваться, и они залезли в молодую поросль. Бэннон развернулся, защищаясь и усиливая атаку, заставив волшебника отступить; затем, после яростного потока ударов, дерущиеся на мгновение остановились. Лицо Бэннона оживилось, он поднажал, подталкивая Натана, и волшебник, поскользнувшись на грязной тропе, тотчас упал на спину.
Никки наблюдала за ними, скрестив руки на груди, натянув тем самым шерстяной дорожный плащ. Встретив взгляд Натана, она признательно ему кивнула.
Волшебник протянул руку молодому человеку и подтянул его к себе.
— Добрые духи, дождь не прекратился, но это хоть вывело тебя из уныния.
— Прости, — пробормотал Бэннон. — Когда я хотел покинуть Кайрию, я думал… да, возможно, я сбежал, но теперь я понимаю, что это совсем не так.
— Хорошо, — сказал Натан. — Тогда продолжим наши поиски.
Никки пошла впереди группы.
— Если мы пройдем подальше, то, возможно, выйдем наконец из этого дождя.
Чем выше они поднимались, тем холоднее становились ночи, но дождь, наконец, прекратился.









