Группы людей мчались с ведрами, чтобы остановить распространение огня, в то время как остальные защитники сходились к докам, неся оружие, какое смогли найти. Но даже хватило одного взгляда, чтобы Никки могла понять: жители городка никогда не смогут разогнать такой агрессивный налет. По ее предположению, четыре корабля Норукай несли около трехсот воинов. Она повернулась к Натану.
— Наш долг сразиться с ними.
Волшебник поднял меч.
— Ты читаешь мои мысли, колдунья."
"Выпустив магию, Никки зажгла яркий огненный шар в руке и бросила его в воздух, где тот стал расширяться, становясь более размытым, пока не взорвался высоко над головой, подобно разрядам молний.
Дженн и ее муж Филипп совместно с Натаном готовились к атаке.
— Духи, спасите нас! — воскликнула Дженн.
— Я спасу вас, — сказала Никки.
Волшебник повернулся к бывшему рыбаку.
— Ваш народ воюет с Норукай? Почему они атакуют Ренда-Бэй?
— Для них мы жертвы, — ответил Филипп.
— Тогда мы прибыли вовремя, — сказала Никки.
Воины Норукай прогремели по причалу, устремившись к поселению, другие выпрыгивали из лодок и бежали по мелководью на берег, неся дубины, веревки и сети.
Волшебное свечение рассеялось в воздухе, но магия в Никки лишь возрастала. Она протянула свой разум в одном направлении, коснувшись магии Приращения, и одновременно зачерпнула магию Ущерба.
Несмотря на это неожиданное сопротивление, работорговцы не выказали ни намека на страх, и даже не проявили осторожность. Они бросились в атаку, насмехаясь над ее молнией, уверенные в своей непобедимости. Отряд из четырех человек покинул причаленные лодки и побрел к пляжу.
Воины Норукай были коренастыми мужчинами с несоразмерно широкими плечами, бритыми головами и голыми руками. Одежда их состояла из жилетов с чешуйчатой броней, сделанной из кожи какой-то рептилии. Вызывали жуть их щеки, через которые тянулись зашитые разрезы от уголков губ по всей челюсти, напоминая этим рот змеи. Теперь, когда они взревели в бесстрашном боевом кличе, челюсти мужчин широко раскрылись, как у готовой к атаке гадюке.









