МИ (Цикл)

Никки вспомнила, что слышала снизу звуки погрома, устроенного морскими существами, когда те рушили доски корпуса.

— Нам также стоит выяснить, какой ущерб нанесли шелки. Думаю, они намеревались потопить корабль даже после того, как всех поубивали."

"Втроем они спустились вниз через открытые люки. В замкнутом пространстве все было в крови и внутренностях, и вызывало рвотные позывы, будто в лавке мясника, заставленной ночными горшками. Они нашли голову коровы и обрывки ее шкуры, которую шелки сорвали и оставили лежать, словно брошенную занавеску от перегородки.

Шелки оставили растерзанные тела мертвых матросов на нижних палубах, и сорвали гамаки с переборок и опорных балок. Один молодой моряк висел на крючке от гамака, зацепленный за него затылком.

Сильный шум воды, затопляющей грузовой отсек, звучал еще более зловеще. Когда были подняты люки, и они заглянули в трюм, Никки удалось создать небольшой огонек на ладони, чтобы осветить чернильные тени. Часть корпуса была пробита и расколота снаружи, треснувшие доски вдавлены вовнутрь. Плавая под судном, шелки, должно быть, ломали корпус, пока не пробили зубастую дыру.

Вода беспрестанно ревела, заполняя трюм.

— «Идущий по волнам» собирается тонуть, — вынес вердикт Натан. — Вопрос всего лишь нескольких часов.

— Мы можем запечатать люки, — предложила Никки. — Ограничимся затоплением трюма. Выиграем полдня.

— Разве мы не можем залатать корпус? — спросил Бэннон. — Я мог бы задержать дыхание, сплавать вниз и посмотреть, что можно сделать.

Морская вода хлестала внутрь, уже наполовину заполнив отсек. Никки поняла, что сила потока разрушит любой ремонт быстрее, чем тот будет предпринят.

— Будь у меня моя магия, — вздохнул Натан, — я мог бы восстановить доски, нарастив на них древесину.

— Предоставь это мне, — сказала Никки.

С помощью магии Приращения можно было использовать само дерево для отстройки уже существующего. Никки потянулась в себя, но каждая клеточка ее тела задрожала, выжатая насухо. В битве она использовала много сил, и коварный яд по-прежнему не отступал.

Но корабль, тем не менее, продолжал тонуть, и колдунья не могла терять времени.

Никки зажмурилась, сосредоточила свои мысли, призывая все, что только оставалось. Своим даром она ощутила разбитые доски корпуса, их неровные края, и использовала чары, чтобы заставить древесину разрастаться. Колдунья сращивала пробоину струпом поверх раны, но вода продолжала прорываться, и сформированное дерево разрушалось, заставляя ее начинать все заново.

Натан положил руку ей на плечо, словно придавая силы, но почерпнуть из него она ничего не могла.