0
0
Серега теперь и сам числился хоть и не княжьим, а воеводы Свенельда, но боярином. И дом у него был, Свенельдов дар, – на Горе, внутри стен. Рядом со Свенельдовым подворьем."
"У внутренних ворот княжьи отроки, вместо того чтобы как положено спросить, кто да зачем, – молча салютовали сотнику. И даже старший стражи, нурман, приветствовал Серегея поднятой рукой. Серегей сдержанно кивнул – как равному. Ну, почти равному.
А у собственных ворот его уже ждали. Управляющий, привратник, ключница, конюшие… Чертова прорва народу! Вечные какие-то разборки. И еще из Полоцка челяди навезли. Одно приятно: теперь это не его проблемы. Теперь здесь Слада.
«У нее не поворуют!»– подумал он не без гордости.
Серега придержал коня.
– Ну как, нравится?
– Очень! – Нежная улыбка на пухлых губках– только для него.
– Наличники и петухов новгородец резал! – похвастался Серега.
– Вижу! Очень красиво!
Еще бы не красиво! Три этажа, коньки на крыше, резьба на всем, даже на надворотной кровле, двор вымощен, сараи да конюшни выбелены. Тесновато немного, да ведь это – Гора. Тут с местом всегда проблемы.
Управляющий сунулся было: доложить. Духарев отмахнулся: потом, к ней – и показал на жену. Банька истоплена? Комнаты готовы? Коней – кормить, чистить. Дружинников – поселить в гостевых.
– Понятко, вы как? Трапеза сначала – или банька?
– Банька!
– Но после нас!
– Да ясно! Только вы, это, не очень долго… размывайтесь! – подмигнул Сладе.
– Болтун ты, Понятко! – сказала Серегина жена.
Понятке позволялось многое: друг. Почти младший брат. Хотя, если по годам, то молодой воин постарше красавицы-булгарки. Но старшинство – не только от возраста. А серебро Поняткино – у Сладиславы в распоряжении. Пока в бочонке, а весной в дело пойдет. Прибыль пополам. Убыток, ежели что,– тоже пополам. По-свойски.
Отдохнуть Сереге не дали. Едва лишь из бани вышли – гости. И какие гости! Горазд с Мышом!
За тот год, что не виделись, Горазд еще немного раздобрел. И седины прибавилось. А Мыш вымахал на голову выше сестры, в плечах раздался, костлявый, тощий, жилистый.
Брат!
Обнялись. Полюбовались друг другом.
– Вижу-вижу! Кто тебе голову брил? Свенельд?
– Он!
– Любо! Племяша покажи!
Сын сестры – это серьезно. По родовым законам брат матери – ближе отца.
– Успеешь, налюбуешься!
– А правду говорят, что ты самого Асмуда побил?
– Врут!
– Жалко! А я, Серегей, ой ловок на мечах стал! Скажи, Горазд? Любого гридня сделаю! Я у ромеев учился! Показать?
– Успеешь!
– А правда, ты князю киевскому смерть предсказал?
– Слушай, Мыш, остановись! Успеем еще наговориться!
– Да ну тебя! И запомни, я нынче не Мыш, а Мышата!
– Кто-о?! – Серега расхохотался, а Мыш обиделся.
Выручил Горазд.
