0
0Все живое поспешно убиралось с дороги.
Орда вышла к речке. Можно было не сомневаться, что воды в ней поубавится.
Некоторые кочевники скакали в стороне от основного потока, но это были не дозорные, а охотники. Ордынцы никого не боялись. Их было много. Тысячи. И каждый мужчина – воин.
– На Таган пойдут? – обеспокоился Духарев.
– Нет! – уверенно ответил Машег.– По реке. Здесь вода и трава хорошая. Таган – не на их земле. Туда не пойдут.
– Да? – удивился Сергей.– А я думал: орды ходят где хотят.
Машег покачал головой:
– У каждого племени – своя земля. По эту сторону реки – земли народа гила. Это не гила, это цур. Сильное племя. Но Куркутэ тоже сильный. Узнает – обидится. Гила и цур – в мире.
– А этот, Албатан?
Машег пожал плечами.
– Цапон за Доном кочует,– сказал он.– Если попадутся этим – могут и побить. Как хан решит.
Орда приближалась. Медленно.
– Может, рискнем? Проскочим? – предложил Понятко.
Устах и Машег одновременно покачали головами.
– А если просто так подойти? – предложил Гололоб.– Отдадим часть серебра…
– Часть? – Машег захихикал, и Гололоб смутился.
Ясно, что глупость сказал.
– Как думаешь, на наш берег перейдут? – спросил Духарев.
– Конечно,– ответил хузарин.– Эту речушку суслик перепрыгнет. Надо отходить, Серегей!"
"– Назад нельзя! – запротестовал Гололоб.– Там же этот, Альбатон!
– Албатан,– поправил Машег.– Что будем делать?
Все поглядели на Духарева.
– Рискнем, а? Проскочим? – снова предложил Понятко.
– Один раз уже проскочили,– буркнул Серега и мрачно глянул в сторону речки.– Ладно, двинулись. Ждать будем – вообще пропадем.
Первые печенеги уже выехали на противоположный берег.
Гуськом, повторяя петли оврага, цепочка варягов двинулась прочь. Через некоторое время, удалившись достаточно далеко, чтобы не слышать шума орды, варяги высунули носы из оврага…
И сразу увидели впереди слева несколько игрушечных фигурок. Всадники.
«Сто против одного, что это Албатановы парни!» – подумал Духарев.
– Они нас не видят,– спокойно произнес Машег.– Но их мало. Будем биться?
– Это дозор,– сказал Духарев.– Уходим!
И они побежали.
Когда Серега Духарев еще учился в школе, ему прочили большое будущее. Все, кроме учителя физики. Хотя и по физике у Сереги тоже были твердые пять очков.
«Способный, да,– соглашался физик, бородатый дядька, водивший их по выходным в походы под Комарово и громко распевавший песни горожан-отпускников, именуемые почему-то бардовскими.– Способный, но ленивый».
С физиком не соглашался никто. Учился Серега прекрасно, сделал первый разряд по биатлону, участвовал во всяких олимпиадах. Назвать такого парня ленивым мог только душевнобольной, полагали взрослые. Но Серега знал, что физик прав. Все, что делал Духарев, он делал исключительно ради удовольствия.
