Леший в погонах

Черт возьми, пусть даже она будет при этом с мужем и детьми. Это же совсем не важно, главное, что это будет после войны».

…Они летели ночью, как-то уже очень привычно и уютно урчал двигатель маленького самолета. Из-за шелеста ветра Коган ничего почти не слышал, а разговаривать через «трубу» переговорного устройства он не решался, чтобы не отвлекать Ольгу от полета. Тем более что через пять минут они перелетят линию фронта – самое опасное место."

"Лес чернел под крыльями биплана, где-то впереди и немного в стороне виднелись вспышки разрывов. Значит, идут бои, значит, даже ночью где-то атакуют наши бойцы, а может быть, наоборот, выдерживают атаку врага.

Справа вверх взметнулись лучи прожекторов. Но это, кажется, далековато. И еще на нашей территории. Наша противовоздушная оборона работает. Но у немцев она тоже есть, и очень эффективная. Об этом перед полетом говорила Оля. Опасные места, где можно попасть под лучи прожекторов и немецкие зенитки, на картах нанесены. Но уповать на это не стоило. Могли появиться и новые точки, и новая техника врага в самом неожиданном месте. Конечно, не чистое поле они охраняют, а только те места, где появились важные военные объекты, скопление своих военных сил.

Луч света резанул по глазам неожиданно, и Коган сразу почувствовал, как Ольга положила самолет на левое крыло, уходя с разворотом от прожектора. Самолет нырнул в темноту, но в небе уже заплясали новые лучи прожекторов. Еще два, правее еще один. Сейчас их лучи сойдутся на маленьком фанерном самолете, и тогда конец. Зенитные пушки немцев одним залпом разнесут У-2 в щепки. Борис вцепился руками в борта кабины. Дурацкое ощущение смертельной опасности и полного осознания своей личной беспомощности.

Никак ты не можешь повлиять на ситуацию. Даже теоретически!

Ольга снова бросила самолет в сторону, снова заложила крутой вираж, пытаясь уйти от света прожекторов. Но низкая высота, на которой шел У-2, не давала возможности креном уйти на большой скорости вниз. Самолет мог маневрировать только в пределах своего горизонта, бросаясь из стороны в сторону. Еще бросок, но лучи снова осветили маленький советский самолет. Гулко забили снизу зенитки, и пухлые серые облака поползли в ночном небе то ближе к самолету, то дальше.

Дважды Коган почувствовал удары в плоскости биплана. Один осколок зенитного снаряда пробил борт на уровне его живота и улетел в ночь.

Внутри все похолодело. Особенно когда самолет резко пошел вниз! Но потом Коган понял, что Ольга нашла выход из положения. Это была дорога, шоссе, прорезавшее лесной массив. Пилот резко снизила высоту машины, и она понеслась над ночной дорогой. Столбы лучей прожекторов метались по небу бесполезно. Зенитки, не видя цели, перестали бить.