2
0
– Всех тёлок не запомнишь, – продолжил учить меня уму-разуму друг, – но если всё записано и сфотографировано… Залез, поискал по имени, посмотрел на фоточку… Всё, соска, тут ты уже была, иди дальше!
– Прекрати тыкать в меня своей мемориальной доской. Я эту доску тебе на кладбище потом установлю, чтобы все знали великого Савелия Смирного, поимевшего… Какая у тебя сотня пошла?
– Рано подводить итоги года, – скромно заявил приятель и добавил, – хочешь, я у себя посмотрю? Может быть, я её трахал? Как зовут?
– Да пошёл ты, – отмахнулся я.
– С чего это вдруг? Сам же знаешь, некоторые тёлки как переходящее знамя.
Я засомневался.
– Имя говори, я уже загрузил файл со списком.
– Варягина, – нехотя вымолвил я.
– Врагу не сдаётся наш гордый Варяг, – фальшиво пропел Савва и уткнулся в свой смартфон.
Ожидание затянулось.
– Ну?
– Не гони волну! – огрызнулся приятель. – У меня база данных необъятная… Варягина… Оп! Есть Варягина.
Я не поверил своим ушам. И испытал какое-то необъяснимое разочарование.
– У меня и фотка есть… Ничего такая, да, – послышался голос приятеля, – губёшки рабочие, сразу видно.
После слов приятеля раздражение проняло меня аж до самой глотки.
– Ну, покажи, что там у тебя? – нетерпеливо вырвал у Саввы телефон.
– Поосторожнее, Марков. Я бы тебе и сам дал посмотреть…
Я посмотрел на экран. Вгляделся в фото девушки: чёрные смоляные волосы, узенький нос, явно вылепленный умелой рукой пластического хирурга, пухлые губы.
– Варягина Марина. Отчества не записывал, – протянул Савва.
Я облегчённо выдохнул: нет, не она.
– Да не она это. У меня Варягина Ксения работает. И лицо не такое совсем.
– Значит, её у меня ещё не было, – разочарованно сказал Савва, – покажи хоть, а?
Он оживился, глаза заблестели.
– Иди на хрен, Савва.
– А чё? Жалко, что ли?
– Я же не ты. Фотоархив не веду.
– Да не обязательно фотоархив вести. Сейчас я сам всё пробью!
Савва ухмыльнулся и начал тыкать по экрану смартфона.
– Сейчас мы найдём фотки твоей секретарши… Какая-нибудь социальная сеть…
– Перестань.
– А что «перестань»? Мне очень интересно стало, что там за краля новая…
Вид довольной физиономии Саввы раздражал неимоверно. Еще больше взбесили его следующие слова:
– Если она ничего, и ты не хочешь напрягаться, я сам могу напрячься как следует."
"Савву нельзя было назвать красавчиком. Ну, рожа у него была так себе, нос сломанный, с горбинкой. Но девушки на него вешались, как будто он был мёдом – а они пчёлами.
